Либерализм: власть тьмы

Самая горячая тема - либерализм. Пора понять: его насилие страшнее коммунистического.


Раньше люди не рассуждали о жизни, а просто жили. Когда появилась наука о движении жизни - история, люди начали не жить, а сочинять жизнь, ее законы, ее принципы. Маркс в основу истории положил классовую борьбу, Гегель - свободу, позитивисты - науку... Но история - это всегда диалог человека со своим Создателем. Именно отношение человека к своему предназначению, к своей цели жизни, к абсолютным законам и составляет суть любой исторической эпохи.
 Поэтому мы позволим себе предложить концепцию человеческой истории, в которой определяющее значение будет иметь массовое общественное сознание. Проще, религиозность. Или - мироощущение, миропонимание. Ученые обычно изучают не причины изменения сознания, а его последствия – быт, культуру, искусство, традиции, мораль и т.п.  
 Итак, главный термин, на котором мы собираемся построить нашу концепцию, - либерализм. Либерализм мы берем в широком смысле слова, не как политическое и даже не как идеологическое, но как мировоззренческое понятие, именно как особое общественное сознание, миропонимание, мироощущение, мировосприятие. Как новая общественно-историческая формация, историческая эпоха, если хотите. Еще Достоевский верно заметил: "Русский либерализм не есть нападение на существующие порядки вещей, а есть нападение на самую сущность наших вещей". Именно сущностные изменения в сознании видим мы при появлении либерализма. Н.Бердяев в 1923 писал: "Впервые в нашу эпоху вопрос о демократии становится религиозным вопросом. Он ставится уже не в политической, а в духовной плоскости. Царство демократии не есть новая форма государственности, это - особый дух". И сегодня такого не услышишь.
 Какие же формы принимало общественное сознание в исторические эпохи?
 Можно выделить три этапа, эпохи, формации – религиозную, гуманистическую и либеральную.
 Первый этап – религиозный. У всех древних народов сохранялась память о существовании Творца, правда, весьма искаженная и удаленная от истинного знания, пока не последовало откровение Самого Творца. Но нерелигиозных людей в древней истории не было! Все древние захоронения человека, говорят археологи, имеют религиозный смысл. Никто из дикарей покойников просто так в овраг не бросал.
 Да, язычники верили во множество богов, но они верили, что это действительно боги, а не люди! Все Аполлоны, Велесы, Ра – боги для них. В существовании духовной основы жизни они ни на грамм не сомневались, хотя не могли "различать духов": эталона не было. Но верили – все и всегда. И этот высший принцип был значимее, чем мнение какого-то человека. Хоронили с князем (с фараоном, с ханом) их жен и слуг. И никто восстание не поднимал, потому что имели веру в то, что делали. Мы не знаем, как они к этому относились, но вполне возможно, что шли на смерть добровольно и с радостью, ибо верили и иначе думать просто не умели. Это сегодняшние ученые судят о людях древности из окон своих небоскребов.
  Сознание древнего человека было религиозное. Всё в своей жизни он соотносил с богами и вечностью.
 Сегодня для оправдания своих беззаконий либералы ищут у диких племен подтверждения преступлениям моральных норм. Да, у диких племен можно найти и многоженство, и убийства, и даже каннибализм. Это отдельные пункты несоответствия нашим представлениям о морали, но сам принцип обязательного подчинения определенным не человеком, а данным свыше моральным нормам был у всех дикарей. Ну нет у них принципа вседозволенности и толерантности – ни у кого и никогда.
 Этот теологический этап завершило христианство. Тогда с помощью откровения люди узнали, что Бог есть Личность, что Он не потерял связи с людьми и дает им все возможности для спасения и жизни вечной. Полнота истинного знания о Боге стала высшим этапом развития этого теологического периода, и для принимающих Откровение останется таковым до конца истории.
 Второй этап – гуманистический. Он начинается в Европе с эпохи Возрождения. Теперь главным источником истины, знания и морального авторитета становится сам человек. Всё соизмеряется уже не с высшим, изначально заданным принципом, а с волей самого человека и общества; правилам не подчиняются, их создаются для удобства жизни человека. "Человек - мера всех вещей". "Человек - это звучит гордо" и т.п. Про это написано много.
 Третий этап – либеральный. Заметим, происходит именно кардинальное, революционное, сущностное изменение сознания человека. Теперь оценка поведения отдается не личности, не отдельному обществу, а вновь принципам и правилам, вот только теперь исходящими не от Создателя, а из природы самого человека.
 Либерализм - общество прав и свобод. Падший человек имеет свободу жить по падшей, греховной природе и имеет такие же права, как и исходящие с Неба догматы и заповеди. Нормой становится отсутствие нормы.
  Мы с вами наблюдаем конец эпохи гуманизма. Гуманизм закончился. Наступает совершенно иная эра.
  Сравним эти три этапа.
 Существование добра и зла человек признавал всегда. Но вот иерархия их в человеке может иметь, если следовать математической логике, три варианта. Добро выше зла, они равны, норма – зло.  
 В первую эпоху, до Возрождения, была следующая мировоззренческая установка: человек – образ Божий. Да, в нем есть и добро и зло, но добро первично, зло – временное наслоение; добро – сущностно, зло лишь состояние; добро победит в итоге, зло властвует на земле временно.
 Существуют источники света: солнце, луна, костер, лампа… Но источника тьмы – не существует. Хотя тьма есть. Она есть при одном условии – отсутствии света. Точно так же соотносятся добро и зло.   
 Именно как чуждый элемент божественной природы человека воспринималось зло. Душа, как лампа. Да, ее можно накрыть сосудом греха и света не будет видно. Но свет не исчез, а временно скрыт. Господь говорит: "Зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, и светит всем в доме" (Мф. 5:15). Свет остается всегда. При таком миропонимании цель жизни – очищение от затемняющих свет препятствий. Они воспринимаются как ненормальность, от которой всеми усилиями необходимо освобождаться.
 Я любил давать своим студентам образ души как слитка золота, на котором налипла всякая грязь, его завалили всяким мусором. С виду человек может выглядеть, как грязное и некрасивое существо, но надо помнить, что под слоем грязи у каждого остается золотой слиток. Задача – очищать, разгребать, отмывать… Все усилия – и искусства прежде всего – были направлены на освобождение от этого наслоения, чтобы добраться до первоосновы.
 «Отчего так много чугуна в людях? – писал Розанов. - Преобладающий металл. Отчего он не сотворен из золота? "Золото для Ангелов". Но золотые нити прорезывают чугун. И какой вслед им восторг». Чувствовал философ присутствие золота в человеке! И призывал искусство показывать красоту золотой души человека, не соблазняясь множеством дешевого "чугуна".
 Это при теологическом самосознании. В эпоху гуманизма пришли к сознанию того, что все равноценно – и золото, и чугун, и грязь. "Я человек, и ничто человеческое мне не чуждо" - вот главный лозунг эпохи гуманизма. "Не чуждо" - то есть грязь не чужеродный элемент природы человека, а родной, наравне с золотом. Золото постепенно начинает терять свою драгоценность и становиться равнозначным с чугуном.
 "Ничто мне не чуждо" - от еды, страстей, разврата до построения собственных религий. Всё – мое, а значит и хорошо. "На мне и грязь хороша, потому что это – я" (Розанов).
  Гуманизм признает человека в комплексе добра и зла, в их единении. На человека смотрят уже как на единое целое, не делимое на образ Божий и наслоения зла. Весь человек приемлется, а не как сущность и чуждость, золото и грязь. Было: главное и второстепенное, вечное и временное, сущностное и небытийное. Стало: всё едино.
 "Пусть радикулит, но свой", - шутили гуманисты.
 Здесь очень важно такое богословское понятие как первородный грех. Христианство говорит, что первородный грех заключается прежде всего в укорененности человеческой природы во зле, в греховной склонности, ставшей духовной болезнью человечества. Христианство – то, что преодолевает это, либерализм – то, что закрепляет это. Христианство: человек призван стать Богом; либерализм: человек должен закрепиться в падшем состоянии. Да, мы сами не способны преодолеть последствия грехопадения, но лишь с помощью внешней силы – Бога. Вот это и используют либералы: они сначала приняли гуманистическую теорию, по которой всё человек должен сделать сам, а потом признали невозможность самому человеку спастись, приняв за норму его падшесть, и пошли дальше, закрепляя падшесть и греховность как содержание человека. В любом творчестве присутствует неизбежное смешение добра и зла, лжи и истины, отражающее состояние ума и сердца человека первородного греха. Христианство не отрицает этого творчества, но и не может освящать его, откровенно говоря о плодах падшего человека. Те, кто отрицает первородный грех, пытаются выдать поле, где дьявол с Богом борется, за "tabula rasa".
 Если искусство гуманизма живописало пороки красивого человека, то при либерализме искусство подает нам уже красивые пороки обычного человека.
 При либеральном мировосприятии чужеродным элементом природы человека становится… золото. "Человек человеку брат" - говорили в теологическом обществе. "Человек человеку волк" - вынуждены были признать гуманисты. Сегодня народ чутко отреагировал на кардинальное изменение взаимоотношений и исправил поговорку: "Человек человеку – свинья".
  "Заранее решено, что человек естественный мерзавец", - прекрасно почувствовал новый подход к природе человека Розанов.
 При либерализме главным становится не человек, как при гуманизме, а принцип! Принцип прав и свобод. Вольтер заявил: "Мне ненавистны ваши убеждения, но я готов отдать жизнь за ваше право их высказывать". Не за человека, обратим внимание, а за право! За принцип прав и свобод, который становится выше личности человека, так ценимой гуманистами. Не права отдельной личности уже ценятся, а права всей падшей природы человечества, в том числе и на темную сторону. Идея прав возводится в неприкосновенную, догматическую, абсолютную, заменяя собой заповеди свыше. Свобода в либерализме – ценность однозначно выше и ценнее самого человека.
  А когда обнаруживается более высший принцип, чем сам человек – это уже не гуманизм, это религия. Вновь найдены ценности вне человека, святыни выше его, как было до гуманизма. Поэтому либерализм идет дальше атеизма и гуманизма. Он возвращается к религии. Либерализм верит в существование высших сил – магических, неопознанных, оккультных, экстрасенсорных, космических… Ему всё равно, как их будут называть, но за святыни свои он борется насмерть.
 Как грибы после дождя, в конце ХIХ века появляются оккультные течения, такие как спиритизм, теософия и антропософия, месмеризм, "новое мышление", астрология, магия, каббала, герметизм, сакральная геометрия и т. п. Немало было взято из буддизма, индуизма, шаманизма, неоязычества. Цель одна, общая и однозначная, - замена религиозных и культурных традиций новыми. Религия заменяется магией.
 В чем их отличие? Магия не знает границы между добром и злом, а у религия она четкая. Оккультизм, магия – за чертой добра и зла. Цель – оттеснить религию и поставить на ее место магию.
 В перестройку к нам ворвался главный термин нового либерального сознания – "духовность". Не "Православие" (его либералы ненавидят), даже не "религиозность", даже не "христианство", а – "духовность".
 Но давайте разберемся с этой любимой нашей интеллигенцией "духовностью". В материальном мире нет понятий добра и зла. В материальном мире всё может служить лишь орудием добра и зла. А вот в мире духов точно есть два мира – добра и зла, тьмы и света, чистоты и грязи, святости и порока, жизни и смерти, нормы и аномалии, закона и беззакония… И всё это называется одним словом – "духовность". Получается, говоря о мире духовном, необходимо обязательно уточнять, о каком именно духе вы говорите, о каком этаже духовности – верхнем или нижнем.
 Потому либералы и внедрили этот нейтральный термин, чтобы за его ширмой внедрять в сознание нужную им "духовность". Рерихи, Блаватская, Л.Толстой, йога, экстрасенсы – все они считаются классическими учителями духовности.
 Итак, гуманизм породил атеизм, вылился в итоге в две величайших трагедии ХХ века - большевизм и фашизм, и в ХХ веке закончился. На смену ему на наших глазах пришел либерализм, и оказался не безбожным, как гуманизм, а вполне религиозным. Но что за религия стоит за ним?
Религия либерализма - это толерантная совокупность различных мистических течений и движений, в основном оккультного, эзотерического и синкретического характера. При этом члены одной организации могут толерантно сочувствовать другой, переходить из одной в другую. Последнее время стало модным именоваться не религиозными движениями, а представляться как культурологические, оздоровительные, просвещенческие, медицинские, образовательные, спортивные… Увидев, например, что модно бороться с наркотиками, они могут стать антинаркотическими. И т.п.
 Основные положения этой религии:
 1. Безличный бог.
 2. Вечная вселенная.
 3. Иллюзорная природа материи.
 4. Эволюция человека в божество.
 5. Продолжающиеся откровения.
 6. Тождество человека с богом.
 7. Необходимость медитации (или других способов изменения сознания).
 8. Оккультные практики (астрология, медиумизм и т. д.).
 9. Пацифизм.
 10. Всемирный (глобальный) порядок.
 11. Синкретизм (соединение различных религий).
 12. Отказ от понятия греха.
  Приобрели популярность "духовные" практики: йога, единоборства, безконтактный массаж, различные виды целительства; методы китайской или буддийской медитаций, психоделические практики; астральные полёты, медиумические погружения, контакты с мистическими существами и инопланетянами; бытовая магия, заговоры, заклинания, ритуалы, гадания, использование кристаллов других магических предметов; неоязычество, шаманизм...
 Появляются многочисленные клубы духовного развития, восточных единоборств, экстрасенсы, астрологические прогнозы… Один китайский календарь что значит! В одночасье он вдруг стал в православной России всеобщим, неоспоримым, "традиционным", "истинным".
 "Аура, энергетика, улучшение кармы,  биополе, НЛО" - это всё их терминология для внедрения в общественное сознание новой "духовности". И ведь неплохо получается: "ауру" видит вокруг себя уже почти каждый интеллигент, о ней могут обмолвиться даже православные.
 Вот такая новая "духовность". Поэтому будем осторожны с этим термином, и того, кто заговорит о "духовности", спросим, о какой именно идет речь - о черной или белой? О Христе или дьяволе?  
  Следующий основной термин, который либерализм заимствовал у предыдущих  эпох, но вложил в него совершенно иное содержание, исказил до неузнаваемости, - любовь.
 Любовь – непременная составляющая любого мировосприятия. Проследим, как меняется в обществе понятие любви на всех трех этапах.
 При теологическом мировосприятии в человеке любили образ Божий и непримиримо относились ко всему, что его может замутить. При гуманизме любили уже самого человека как личность. Либерализм – борьба за права темной стороны человека, поэтому на место любви вышел любимый до безумия либералами секс. Теперь не ближнего любят, а "занимаются любовью" с "партнерами". И, конечно, борьба за права любой любви: гомо-, некро-, зоо-, педо-. Вот эту "любовь" и станет возвышать до абсолюта либерализм. Пока освоена первая ступень – гомофилия, остальное – в ближайшем будущем…
 Это изменение представлений о любви отразилось, например, в искусстве живописи. В первый период искусство дивилось творению Создателя. Посмотрите живопись средних веков – большинство картин на библейские сюжеты. Человек выражал восторг от разнообразия жизненных проявлений любви.
 Второй этап – уже восторг искусства перед многообразием лиц человеческих В живописи – портреты, портреты, портреты...
  Третий этап: самые низменные чувства преподносятся как любовь. Многообразие и выразительность лиц уже никого не интересует. Недаром героиня одной из первых классических картин начинающего либерализма "Свобода, ведущая народ" художника Делакруа – с обнаженной грудью. Другой она быть не может. Это теперь главная святыня новой религии – не человекобожия, а чревоугодия. Кстати, либеральные феминистки, вдохновленные, видимо, картиной Делакруа, избрали именно этот способ борьбы за свои права. К великому сожалению, этот "продвинутый" взгляд даже уважаемый Н.С. Михалков перенес на время Великой Отечественной войны, в фильме "Цитадель" заставив солдата перед смертью просить санитарку показать ему грудь. Явная подмена. В 1941 люди так не мыслили однозначно.
 Начало этого процесса опускания взгляда с лица ниже - подметил еще умница Розанов, который по поводу Брюсовского одностишья "О закрой свои бледные ноги" писал: «Угол зрения на человеческие отношения здесь открывается не сверху, идёт не от лица, проникнут не смыслом, но поднимается откуда-то снизу, от ног, и проникнут ощущениями и желаниями, ничего общего со смыслом не имеющими. Новый человек все более и более разучается молиться: его душа обращается только к себе… Пока это "я", превознесенное, изукрашенное, на развалинах всех великих связующих институтов: Церкви, отечества, семьи, не определяет себя в этом неожиданно кратком, но и вместе выразительном пожелании: О закрой свои бледные ноги!».
 В постперестроечные времена лучшим комплиментом для женщины стало: "Какая вы сексуальная!" Представить такой комплимент девушке в доперестроечные времена невозможно – обидится, ибо иной стиль мышления.
 И вновь Розанов: "Нравились ли мне женщины телом? Да… Всегда любовался, щеки, шея. Более всего грудь. Но, отвернувшись, даже минуты не помнил. Помнил всегда дух…" (Опавшие листья). Вот что значит другой мировоззренческий менталитет.
 Интересно проследить и то, как менялось отношение к одежде на рассматриваемых нами трех исторических этапах.
  Первый этап – одежда служила для прикрытия, т.к. преследовалась прежде всего нравственная цель. Мы уже говорили, что всё, что засоряет золото божественной души человека, отвлекает от него, пытается снизить его ценность, - устранялось и никогда не воспевалось.
Второй этап – одежда подчеркивала красоту индивидуальности, т.е. преследовала эгоистическую цель. На картинах художников Возрождения это хорошо видно, там очень тщательно выписывалась одежда.
 Третий этап – одежда нужна человеку для демонстрации новой идеологии - полной свободы и вседозволенности. Цель – внедрение с помощью одежды новых принципов бытия. Отсюда всплеск моды. Немало об этом писал Гоголь. Достоевский, по воспоминаниям Варвары Тимофеевой, объяснял: "Начинается это всегда с рабского подражания, с роскоши, с моды, с разных там наук и искусств, а кончается содомским грехом".
  При либерализме одежда нужна, чтобы не одеваться, а оголяться! Всё переворачивается с ног на голову. Не демонстрировать невежественный стыд, средневековую совесть, бабушкин, пропахший нафталином, тоталитаризм в одежде, а креативный, передовой, продвинутый, смелый, раскованный, раскрепощенный стиль. В первую эпоху – прикрывать грех. Во вторую – быть красивым. В третью – воспевать и легализировать грех.
 Сегодня носят некрасивую одежду. Я всегда поражался, до какой степени современная модная одежда уродовала моих студенток! Открытый пупок, низкая талия брюк, обтягивающие до безобразия не всегда красивые формы… Стоят мои девицы на линейке, как солдаты на плацу, все в одинаковых джинсах. Знают они, что эта одежда их обезображивает? Конечно, знают, но терпят ради более высокой цели, чем красота – ради престижа, "крутизны".
  Часы уже носят не для проверки времени, сумки – не для ношения вещей, театры и выставки посещают – не для повышения культурного уровня, путешествуют – не для знаний, автомобиль – уже не средство передвижения... Всё сменило свое былое, прямое назначение и приобрело новое, чисто идеологическое, почти религиозное.
  Увы, приходится признать, что либерализм в насилии над сознанием далеко обогнал даже ненавистный им тоталитарный режим коммунизма. Печально, но факт…
  Мы наивно полагаем, что это случайности времени. Нет, господа, это закономерность новой общественно-исторической формации.
  Поглядим на изменения в системе воспитания и образования.
  В древних дохристианских обществах детей встраивали в систему служения богам и подчинения их законам, знакомили с системой табу, с традициями, в которых были закреплены нормы поведения, данные свыше.
 Вершина древней культуры – античность. Что видим в их культуре? Всюду – боги. Они и авторитет, и образец, и судья. Если искали Истину древние философы и их школы, то искали на Небесах. Платон – вершина.
  С приходом христианства цель воспитания, искусства, науки стала предельно проста – воспеть славу Богу. Что это значит? Это значит показать во всей красоте и ценности то золото, из которого сотворил Бог человека. "Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание" (Гал. 5:22-23). Вы спросите, а как же научные изобретения, строительство дорог и мостов, обустройство жилищ, изобретение средств производства и т.п.? Дома и дороги строить надо, но не публичные дома и не дороги олигарху на охоту. При строительстве мостов все-таки главное, чтобы не воровали, не мстили, не гордились, не пьянствовали, не матерились, не обманывали и т.п. С этим пойдет человек в вечность, а не с мостами. Они – средство. И эта иерархия ценностей древним человеком четко ощущалась, была у них в крови, являлась частью менталитета, пронизывала общественное сознание.
  Либералов тогда не было…
  В эпоху гуманизма лозунгом стало воспитание гармонически развитой личности. Золото понизили в цене, розановский "чугун" – подорожал.
  Но и это еще цветочки по сравнению с плодами либерализма.
  Недаром так многие в России сегодня тоскуют по советскому образованию, чувствуют, что гуманитарное образование было выше либерального. А если бы они знали теологическое!
  Суть образования в системе либерализма – борьба со смыслами. Еще С.Н. Булгаков на заре либерализма тонко подметил: "Всякому, кто в наши дни перед русской интеллигенцией рискует говорить не о политических делах, а об общих целях жизни и религиозном смысле её, тому приходится иметь против себя безличного, но могущественного и реального противника в духе времени".
  Как сказал французский дипломат времен Французской революции: "Язык дан человеку, чтобы скрывать свои мысли". Откровенно высказал истинную цель либерализма.
  После перестройки на обывателя нахлынуло море фальсификаций смысловых некогда аксиом. Сразу было решительно заявлено: никакой идеологии, никакого смысла, никаких конкретных и четких формулировок, ни системы ценностей, ни ее иерархии быть не должно. Пусть всё определяет сам человек, - заявили лукавые представители новой идеологии, - а мы знаем, как его заставить мыслить и жить определенным образом. И наивный человек добровольно вошел в золотую клетку… Он даже не успел заметить, как ненормальное, уродливое, вредное, безобразное стало нормой.
  В.В. Розанов в "Опавших листьях" пишет, как он прочитал французский "кошмар" – повесть о том, как у швейцара были три дочери-проститутки. И вот младшая «влюбилась в студента, перешла на чердак к нему и (тут вся ирония автора) нанесла бесчестье отцу, матери, сестрам. Она – "погибшая"». Розанов пишет, что не сразу и догадался, что сестры – проститутки. Они вечером в шикарном кафе настоящими "барышнями", великолепно одетыми, сидят и ждут "друга". «Отец и мать в уютной швейцарской потягивают душистый кофе, который заканчивают рюмкой дорогого вина. Дочери к ним почтительны, любящи – и "зарабатывают" на кофе и вино. Дети почитают родителей, и родители любят своих детей». Младшая, уйдя от такой жизни, конечно, "нанесла бесчестие".
  Розанов сравнивает это с нашим Петербургом. Да, и у нас он встречал проституток. «Видал, слыхал. Но этого подленького "пили кофе и любили винцо, потому что дочери хорошо получали", этого лакея-литератора, сводящего всё событие в сущности к вкусовому ощущению хорошего винца на языке, я не встречал… Даже "хуже" здесь – в сущности лучше», - делает вывод философ. Опасность он видит прежде всего в литературе, которая пропагандирует аномалию, внедряет в сознание ее как норму, заставляя читателей привыкать к этому.
  Счастливый Розанов не знал наших СМИ!
В российской школе эпохи либерализма предлагают разнообразное знание: уроки толерантности, половое обучение, юриспруденцию, приглашать бизнесменов, учить экономике, успешности, поведению в катастрофах, давать уроки толерантности к людям с избыточным весом, уроки этики… Учат чему угодно – только не сути, смыслам и целям! Конкурентноспособный производитель благ должен быть прежде всего толерантным, т.е. не знать верха и низа, не чувствовать грань добра и зла.
 Всеобщность – один из основных принципов либерализма, то, чем прикрывает он свои истинные цели. Демократия давно стала обозначать не власть народа, как этот термин переводится, а диктат количества над качеством,  всеобщности над святостью, приобретенного над изначальным, привнесенного над сущностным. В терминологии Розанова: чугуна над золотом – ведь его больше, он встречается чаще, он проще, доступнее, крепче, понятнее и демократичнее! Принцип власти большинства распространяется прежде всего не на политическую власть, а на религиозную природу человека.
  Если мы заглянем в свою душу, мы там обнаружим свет и тьму, добрые помыслы и злые намерения. Читатель, проделай мысленный эксперимент, послушай внимательно свое сердце и честно скажи, чего больше в количественном отношении в глубинах души твоей – чистых и святых намерений или мусорных, мелочных, пошлых, нечистых и злых помышлений? Любой человек ответит: в тысячи раз больше грязи, чем чистоты. И это притом, что человек прекрасно осознает, что такое свет и что тьма. На маленький кусок золота налипли тонны нравственного мусора.
  Вот на этом духовном законе и сыграл либерализм. Нас больше – значит мы правы. У нас – тонны, у вас – граммы.
 Даже название этим новым "ценностям" дали соответствующее – "общечеловеческие нравственные ценности". Евангелие о них говорит: "Широки врата, ведущие в погибель" (Мф. 7:13). И либерализм откровенно выбирает этот "широковратный" путь, т.е. погибельный.   
 Наивный Лев Толстой когда-то эту кухню либеральной идеологии озвучивал очень подробно и откровенно.
 "Когда я выказывал, - пишет он в «Исповеди», - что хочу быть нравственно хорошим, я встречал презрение и насмешки; а как только я предавался гадким страстям, меня хвалили и поощряли... А чувствовать себя хорошим было для меня важнее". Заметим, чувствовать в обществе, а не быть перед Богом. Казаться, а не быть – закон либерализма.  
  Жить по-христиански означало выбиться из общества, из внимания прессы, всеобщей любви, из мирового признания. И Толстой делает лукавый вывод: "Учение Христа неисполнимо". И выбирает принцип всеобщности. С ним слаще, значимее и известнее.   
 "Признак истинности церкви есть единство ее (всеобщее единство)", - пишет в Дневниках Л.Толстой. "Мы все разбиты на партии, сословия, веры, секты… Надо держаться только того, что единит не только с христианами, но с буддистами, магометанами, дикими". Толстой падшую духовную природу человека провозглашает богом. Духовность есть, а Бога Личности уже нет. Богом становится всеобщее. Это и есть один из основополагающих принципов новой формации - либерализма.
 И это означало прежде всего свержение всех авторитетов. "Самый лучший человек, который живет своими мыслями, худший – чужими", - учит "великий писатель земли Русской".
 Если раньше учились Бога любить, при гуманизме – себя любить, то теперь важнее всего, чтобы тебя любили. "Ничто так не подвигает к добру, как сознание того, что тебя любят", - убеждает Толстой. Попал в мейнстрим – тебе удобно и комфортно.
 "Свободен человек только тогда, когда никто не воспрещает ему известные поступки под угрозой насилия". "Делай все, что тебе хочется, что вложено в тебя, но делай не для добра (добра нет, как и зла), а для того, что этого хочет бог. Делай не доброе, а законное. Это одно удовлетворяет. Это одно радостно", - проповедовал Лев Николаевич.
 Из этой теории логично выросло и его знаменитое непротивление злу. Раз злое начало есть неотъемлемое и необходимое для всеобщей любви окружающих – то какой смысл с ним бороться. "Зла нет. Жизнь благо". Вот такой "любовью" и гордится либерализм.
 В поле "либеральной любви" теперь попадают и то, что всегда было грехом. Тщеславие для Толстого – это "сдерживающая сила". "Эгоизм нужен для поддержания себя, как орудие, нужное для служения людям". "Быть целомудренным невозможно", это "дурно", т.к. ведет к лицемерию. И т.п.
 Даже понятие совести теперь Толстой, а вслед за ним и вся либеральная братия, переносит с отношений с Богом на отношения с окружающим обществом. "Требования совести не состоят в том, чтобы быть в том или ином положении, а в том, чтобы жить, не нарушая любви к ближнему… Главное, не делать больно тем, с кем связан". Узнаете западный принцип толерантности? Оказывается, совесть – не делать больно соседу… гомосексуалисту, наркоману, педофилу, нацисту. Это и есть новое понятие "любви".
 "Разве можно указать людям ошибку, грех, вину, не сделав им больно?" Сие есть настоящая либеральная любовь!
 И главный итог нового миропонимания озвучивает апологет либерализма Лев Толстой – необходимо отказаться от Истины, ибо она разделяет, а надо искать то, что сближает и приносит мир.
"Как только речь пойдет о том, - рассуждает Толстой в одном из писем, - был ли Христос Бог или человек, или о том, есть ли Бог личное существо или безличное, так люди разделяются и ссорятся… Но если мы будем держаться только того, что согласно с разумом каждого человека, …жизнь всех была бы самая хорошая… И потому всякий человек должен для своего блага стараться разрушить все ложные веры с тем, чтобы руководствоваться светом разума. Прежде всего надо верить в разум, а потом уже отбирать из писаний – и еврейских, и христианских, и магометанских, и буддийских, и китайских, и светских современных – все, что согласно с разумом".
 Лев Толстой подобрался к краеугольному камню либерализма: Истина должна быть разрушена в сознании человека, она мешает нашему соединению, она мешает любви всех со всеми.
 Уже Брокгауз и Ефрон откровенно писали:  "Либерализм… есть стремление…  к свободе человеческого духа от стеснений, налагаемых Церковью, традицией…". (Не хватает "государства", думаю, чисто по цензурным соображениям, все-таки это царские времена).
  В Евангелии Господь предупреждал ясно и конкретно: "Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими" (Мф. 7:13)
 Но теперь этот широкий евангельский путь объявляется за истинный по той простой причине, что он… широкий.
  А где-то даже и красивый. Еще Гоголь с Достоевский заметили двойственность красоты.
  Тьма – по-своему красива. Неплохо выпить рюмку коньячка после работы, на работе пофлиртовать с сотрудницей, посмотреть крутой боевичок, отдохнуть от ненавистных сотрудников на Канарах…  Разве это не красиво и не приятно? Осталось только оправдать это на религиозном уровне, ведь Церковь за это никогда ранее не хвалила; учила, что надо напрягаться, сдерживаться, жертвовать… И вот наконец пришла желанная эра жить в свое удовольствие, не думая о Суде, предстоянии перед Творцом, ответственности, вечности.
 Принцип всеобщности академик Д.С. Лихачев обнаружил еще в лагерях НКВД: «В лагере тех, кто не матерился, расстреливали первыми. Они были "чужие". Когда человек матерился - это означало, что он "свой". Если он не матерится, значит, имеет свое мнение, и от него можно было ожидать, что он будет сопротивляться».
 По этому закону живет и либеральное общество, правда, гордясь гуманностью своих методов "расстреливать" души.
Розанов, наблюдая закат гуманизма, предупреждал потомков: «Пушкин и Лермонтов кончили собою всю великолепную Россию от Петра и до себя. …Закат и вечер целой цивилизации. Все – "отражения" и "эха"… На всем великолепный "стиль Растрелли": в дворцах, событиях, праздниках, горестях… Эрмитаж, Державин и Жуковский, Публичная библиотека и Карамзин… В "стиле Растрелли" даже оппозиция – это декабристы.
  Тихая, покойная, глубокая ночь,
  Прозрачен воздух, небо блещет…
 Дьявол помешал палочкой дно: и со дна пошли токи мути… Недоумение. Злоба, много злобы. "Лишние люди". Тоскующие люди. Дурные люди. Все врозь. "Тащи монархию в разные стороны". Горилка. Трепак. Присядка. Да, это уже не "придворный минуэт", а "нравы Растеряевой улицы"… Будет больше научности, больше филологии, но позолоты времен не будет. И не будет вдохновения. Ибо могучие деревья вырастают из старых почв».
 Нет блеска золота души – нет вдохновения, нет полета, нет высокого искусства. Остались попса, кич, бестселлеры и блокбастеры...
 Честертон однажды сказал: "В средние века искусство славило Бога, во времена Ренессанса – славило человека. В ХХ веке искусства нет…" Внимание и признание обществом картины "Черный квадрат" - яркий тому пример.
  Тоталитарный либерализм похлеще хрущевского бульдозера прошелся по традиционному искусству, шаг за шагом завоевывая пространство культуры.
  Сначала прецедент. Часто со скандалом и неприятием, иногда даже с уголовным наказанием. Затем появляются последователи, вскоре это становится массовым. И тут-то уже с этим уродливым и циничным монстром ничего сделать невозможно: это нужно народу, это массово, это всеобщее, у нас рейтинги! И наконец - просто классика! "Газета.ru" от 8.02.16 пишет: «Если вынести вопрос о запрете шоу "Дом-2" на повестку дня Госдумы, то это станет едва ли не большим маразмом, чем все 11 лет "Дома-2"». Вот так. Сначала создали и допустили, а теперь вопиют о том, что запрещать – маразм. Еще с ленты новостей: "Малочисленные телепроповеди о семейных ценностях проблему не решают". Т.е. сначала сделали их "малочисленными", а потом всех уверяют, что они ничем не помогут. Раз принцип всеобщности и массовости не работает - значит и не нужно.  Поэтому их место в резервациях, ведь они – "малочисленны". Круг, а вернее, клетка – замкнулся.
 Опираясь на всеобщность, либералы создают с помощью нового искусства модели общественного поведения. Следование им почитается достижением, успешностью, авторитетом, нормой.
 Например, блюз за серьезную музыку никто не принимал, рок-н-ролл сначала просто шокировал пуританскую публику, затем началось повальное увлечение. После хард-рока, панк-рока, рэпа это - невинная классика. С живописью, архитектурой, театром, фильмами такая же схема. Бальмонт, Маяковский, Хармс уже прекрасно осознавали, что они завтра станут классикой, видя, как нахраписто наступает зло.
 "Розу белую с черной жабой они хотят на земле повенчать". Есенин знал, что говорил, ведь он из глубинки попал в полымя самого передового либерализма.
  Зло – теперь не просто неотъемлемая часть человека, как у гуманистов, а доминирующая. Толерантность – не просто терпимость ко злу, но признание его прав как более массовой и более сильной части в человеке. Зло – становится сущностью, новой религией.
 "Механизм гибели европейской цивилизации, - предупреждал Розанов, - будет заключаться в параличе против всякого зла, всякого негодяйства, всякого злодеяния; и в конце времен злодеи разорвут мир. Заметьте, что уже теперь теснится, осмеивается, пренебрежительно оскорбляется всё доброе, простое, спокойное, попросту добродетельное… Цивилизации гибнут от извращения основных добродетелей, стержневых…".
 Вот так от принципа всеобщности либерализм пришел к принципу доминирования зла над добром – откровенному сатанизму.
 Первая эпоха – теоцентризм, вторая – антропоцентризм, третья  – бесоцентризм. При теократическом мышлении все осознают наличие нормы и аномалии; в гуманистическом обществе устанавливается их равновесие; в либеральную эпоху айсберг снова переворачивается, аномалию признают за норму, норму готовы объявить аномалией.
 И всё это под прикрытием свободного выбора человека.
 Высшей ценностью в либерализме являются права и свободы. То есть главное в жизни – свободный выбор. Вот этим и воспользовались адепты либерализма: они дали возможность массам самим – свободно! – выбрать… то, что предлагают они. А они сознательно убирают, тщательно скрывают от обывателя главные, истинные ценности и заставляют делать выбор между ложью и неправдой. Как писал Антоний Сурожский: выбор между плохим и очень плохим – это дьявольский выбор. При этом постоянно подчеркивая: вы свободны в своем выборе! У человека действительно создается иллюзия полной свободы и самостоятельного решения. Он может свободно выбрать между сексом, интимом, развратом, извращениями, порнографией, мазохизмом, эротикой, даже романтикой и платонической любовью – огромный выбор! Правда, при этом о воздержании и целомудрии в информационном море и культурном океане нет даже и намека. Да и что значит для путешествующего по жизненному морю этот одинокий парус рядом с блестящим огнями великолепного "Титаника"! Попробуйте сделать между ними свой выбор, а мы поглядим на вас. Поэтому "парус" целомудрия – вне выбора, это подается штурманами "Титаника" как область аномалии некоторых невежественных фанатиков.
  И никто не хочет и думать о том,
  Куда "Титаник" плывет.
 Такой свободный выбор есть наркотическая иллюзия, ибо им вполне сознательно управляют.
  Приведу пример, как это делается. Всё-таки самое бесценное – это личный опыт человека. Вот как я сам впервые столкнулся с подобным либеральным обманом.
  Это было в 90-е годы.
  Я начинал ходить в храм и узнал, что Церковь считает аборты однозначно убийством человека. Меня это задело. Серьезное противоречие с официальной, общепринятой позицией, где таких сильных терминов не употребляют – "убийство". Просто операция. Я прожил полжизни и никогда об этом не задумывался. А тут решил во что бы то ни стало решить эту загадку, чтобы определиться, так кто же лжет: Церковь или общественность? Заработала мысль. Есть, думал я, три точки начала человека – выход из утроба матери, зачатие или какой-либо месяц беременности. Первая сразу отпала: немало случаев, когда дети рождаются раньше срока и выживают. С развитием медицины эта точка отсчета всё время отодвигается: на восьмом месяце, седьмом, шестом… Ребенок – человек. Остаются две точки. Но как определить, в какой момент развития плода он уже человек? Да, тут без науки, без специалистов не обойдешься, моих знаний не хватает.
  И вдруг по телевидению рекламируют шоу Познера на тему абортов. Приглашены лучшие специалисты в этой области: гинекологи, ученые, врачи, биологи, главврач Москвы… Я, бросив все дела, жадно прильнул к экрану: наконец-то мучившая меня загадка будет разрешена. Я работал в техникуме, где для моих студенток этот вопрос был далеко не праздным, и я, их учитель литературы, должен ответить на их прямые вопросы об этом важнейшем для всей их жизни выборе. И я прильнул к экрану…
 К концу передачи я испытал настоящий шок.
 За два часа люди с университетским образованием, облеченные властью и учеными степенями, не только не ответили на наивный вопрос сельского учителя, они умудрились за два часа его ни разу не задать!
  А вот над этой загадкой я думал еще больше времени. С абортами всё предельно ясно: жизнь человека начинается в момент зачатия, ученые всё давно уже доказали. Да и сама элементарная логика к этому приводит, тут и университеты не нужны.   
   Но зачем это надо так скрывать?!
 Чтобы поддержать иллюзию свободного выбора! После такой информационной обработки женщина будет свободно выбирать: контрацепцию, аборты, противозачаточные средства, партнеров… Убивать или не убивать – такой выбор из её сознания вытесняется, устраняется, затушевывается. Оказывается, вся задумка такого шоу, все речи, выбор участников, тема передачи – всё сделано с одной целью: увести от единственного выбора, важнейшего и определяющего, главного и фундаментального. Все средства – Познер, ТВ, шоу, наука, образование, власть, - используются ради достижения высшей цели новой идеологии либерализма – не раскрыть Истину, а увести от неё, перевести сознание человека в поле, где Истина оказывается за его горизонтом. И предоставить ему на этом широком поле полную свободу. Всё-таки поле – не узкая клетка, и рабство не ощущается.
  Если раньше были средства познания, то теперь – средства информации, скрывающие знания.
 Именно этим страстным желанием скрыть свою истинную суть может быть объяснено и то, что мы живем по идеологии либерализма, но в своей Конституции умудрились это… не зафиксировать. "Подпольная" идеология. Идеология между строчек. И козыряют с лукавой усмешкой защитники победившей идеологии: "А у нас по Конституции нет государственной идеологии!" При этом смеются над нами, наивными и глупыми.
 Ещё простой пример. Я закончил школу в 1975 году. Ни один мой одноклассник не знал, кто он по гороскопу. Уверен, этого не знал и ни один житель нашего поселка. Сегодня знают все. Итак, было 0%, через несколько лет – 100%. Неужели кто-нибудь всерьез будет утверждать, что это пришло из народных нужд, вызвано необходимостью развития нации, что это желание самих соотечественников? Это на 100% работа СМИ. Исчезни из информационного поля эти гороскопы, и через несколько лет любой житель весьма безболезненно полностью от них избавится. Это вам не народные поговорки. Это стопроцентная ложь, фикция, насилие над сознанием обывателя, духовное рабство.
  Откуда внезапно ворвались в нашу жизнь новые праздники – Хэллоуин, День якобы святого Валентина? Неужели из народной гущи? Снова мы видим результат активной работы СМИ и затем апелляцию к всеобщей популярности. Чуждое экзотическое растение руками прекрасных садоводов-умельцев перенесено на совершенно чужую почву.
  Каждый сегодня почувствовал на себе действие новой идеологии в России: вы и не хотите и потом пожалеете – но выберете кандидата в... куда-нибудь; не нуждаетесь – но купите; будете плеваться – но смотреть на экран; осуждать очередных авантюристов – но знания о них будете поглощать с завидным постоянством и тайным желанием. И так далее.
 Апостол Павел замечательно раскрывал внутренний мир человека:  "Мы знаем, что закон духовен, а я... продан греху. Ибо не понимаю, что делаю: потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю. ...Уже не я делаю то, но живущий во мне грех. ...Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю... Ибо по внутреннему человеку нахожу удовольствие в законе Божием; но в членах моих вижу иной закон, противоборствующий закону ума моего и делающий меня пленником закона греховного в членах моих" (Рим. 7:14-23).
  Этот духовный закон должен быть написан на всех знаменах либерализма, ибо именно на нем строится его "любовь" к народу, та любовь, о которой говорил Великий инквизитор. "Закон греховный в членах моих" объявляется теперь всеобщим, ведь он действует в каждом, а значит и истинным, раз он всеобщий. Круг замкнулся. Вернее, клетка захлопнулась.
 Еще один закон либерализма – создание собственных святынь. Раз "Бог умер" и нет единых правил и законов, то теперь можно самим создавать искусственные святыни, нормы, поведенческие кодексы, образы, правила, авторитеты… После их создания легче управлять массовым сознанием, опираясь на эти ставшие якобы всеобщими святыни и авторитеты.
  Здесь без СМИ тоже никак не обойтись. Через них либерализм делает новые "святыни" общеизвестными, всеми признанными, громкими и узнаваемыми, а потом объявляет варварами всех тех, кто покушается на эти новые "святыни", не желает признавать эти новые "культурные ценности". "В греческом зале! В греческом зале! Ах, Аполлон, ах, Аполлон!" "Вы что, хотите перечеркнуть всю предшествующую культуру?!"
  Какой-нибудь "Черный квадрат" или рыжий прямоугольник возводится на пьедестал искусства и после этого начинается защита их как национального достояния, хотя спросите у любого жителя нашего русского села, он не задумываясь ответит: это черная ночь у негра… Согласен, грубовато. Но честно! Вот вам мнение большинства, которое вы хотели услышать.
  Сам черный квадрат всегда существовал, им никого не удивишь, любой ребенок его рисовал не раз. И картина ничего из себя не представляет. Но вот то, что К. Малевич узрел в "Черном квадрате" новую икону XX века, всё кардинально меняет. Это – террор. Не физический, но духовный, невидимый глазом, подсознательный, но самый настоящий террор. Ведь "квадратом" раздавливается, убивается настоящее искусство, а значит, и человек, которого оно поддерживало.
  Культура Серебряного века, увы, во многом будет выстраиваться по этому либеральному принципу. Недаром ее "святыни" были на 70 лет забыты народом, но активно начали внедряться в сознание после либеральной революции 1991 года. Народу они даром не нужны.
 Когда мы сталкиваемся с тем или иным явлением, всегда важно, а судьи кто. На чей авторитет опираться при выстраивании отношения.
 Возьмем простой пример – живопись Пикассо. Кто определит, что это искусство, что это классика, что это спасительно для человека? Вот что писал о живописи Пикассо известный мыслитель С.Н. Булгаков: "В эстетизме выражается расслабленность духа, дурная женственность, некоторая неискренность – гримировка. Картины Пикассо –"удушье могилы". Злобный цинизм, вызов растления, бунт трупности и гнили. Это – духовность, но духовность вампира или демона: страсти в чисто духовной сущности. Труп красоты как богоборческий цинизм. Из картин истекает некая черная благодать. Медиум черной благодати. Творчество Пикассо есть плод демонической одержимости. Пикассо художественно показывает, каким мир является для демона. Искусство Пикассо представляет собой могучее испытание веры. Демонизм в искусстве – опасная форма люциферического заражения творчества. Пикассо страшен, ибо демонически подлинен. Одержимость становится распространенным явлением современности, борьба с ней требует камня веры, опоры в церковности".
   Вот так писал один из самых известных и мудрых мыслителей начала ХХ века. Попробуйте найти его мнение в учебниках либеральной эпохи – задвинули так, что и с огнем не найдешь. А теперь войдите в интернет и почитайте, что пишут там о Пикассо. Вот что найдете в Википедии: "По результатам опроса 1,4 млн. читателей, проведённого газетой The Times в 2009 году, Пикассо - лучший художник среди живших за последние 100 лет. Также его полотна занимают первое место по "популярности" среди похитителей. Пикассо - самый "дорогой" художник в мире. Картина Пикассо "Обнажённая, зелёные листья и бюст", проданная на аукционе "Кристис" за 106.482.000 $, стала самым дорогим произведением искусства в мире на тот момент".
 Заметили, что положено в основу авторитетности этого явления? Массовый опрос, деньги толстосумов, внимание воров. Вот что заменило теоцентризм в определении ценностей - массовость, общепринятость. А мыслители вроде Булгакова сданы на свалку истории. Их заменили олигархи, преступники и блудники.
 И так во всем. Наши школьники открывают Википедию – и верят.
 В литературе всех точнее этот принцип отразил Андерсен в известной сказке "Новое платье короля" (1837). Массовое добровольное помешательство. Мошенники, играя на низменных чувствах окружающих, заставляют поверить в несуществующее "платье". Каждый по отдельности понимает всю ложь навязанного им, но эффект общепринятого заставляет их у "Черного квадрата" с умным видом восторгаться красотами, узорами, красками этого "нового платья". И только ребенок способен крикнуть: "А король-то голый!" "На полотне просто клякса!"
  Пушкин осмеливался писать, как "свободно печать морочит олухов". Гоголя за подобные вещи объявили сумасшедшим. Достоевского, Хомякова, Страхова просто затравили.  
  Истина уже никого не интересует, всё определяют авторитеты. Но в том-то и дело, что сами авторитеты создаются специально, искусственно, сознательно. Достаточно посмотреть на наше телевидение, чтобы легко убедиться в этом.
 Вот вам анекдот - интервью Ксении Собчак с отцом Андреем Кураевым. Их диалог:
 - У нас в студии священник Андрей Кураев.
 - Я не священник, я дьякон.
 - (растерянно) А в чем разница?
  Поняли анекдотичность ситуации? Популярнейший публицист приглашает к себе в студию церковнослужителя, не отличая священника от дьякона! Ну ладно, о тряпках, модах и сплетнях говорила бы, но ведь собирается рассуждать со зрителями на богословские темы телеведущая, не знающая то, что знает первоклассник Закона Божиего. Кто привел ее в студию ведущих телеканалов? А у народа при этом спросили? Кто сделал авторитетом на Российском ТВ человека, так пренебрежительно и цинично относящегося к святыням, на которых построена вся наша культура?  
 Вот так создают авторитет, а потом будут бегать за ней все СМИ и спрашивать ее мнения… о Церкви.
  Как говорила моя мудрая бабушка, не знаешь, то ли плакать, то ли смеяться.
  Либеральная система, опирающаяся на всеобщность человеческого греха, работает на самом высоком международном уровне. Поэтому был создан мировоззренческий международный авторитет – так называемые "общечеловеческие нравственные ценности". Отныне нормами жизни были провозглашены международные правовые акты прав человека, разработанные узким кругом людей.
  Затем были созданы международные институты: ООН - для внедрения их во всем мире, ЮНЕСКО – для их охраны, международный Гаагский трибунал – для суда отступивших, НАТО – для наказания упорствующих. Машина заработала во всю мощь, и не находится ребенка, который бы громко указал на эти "общечеловеческие ценности": "Ваш король голый!". Страны, которые не хотят верить в "общечеловеческие", уничтожаются экономически, информационно, политически, да и физически. Каддафи просто на куски разорвали. Сегодня готовы это сделать с Асадом. Про Россию я просто молчу...
 Принятая в США поправка Джексона-Вэника запрещает предоставлять режим наибольшего благоприятствования в торговле, государственные кредиты и кредитные гарантии странам, которые нарушают права своих граждан. Даже Гитлеру не приходило в голову писать законы, наказывающие другие страны за то, что они не принимают его нацизм!
  Попробуйте после этого утверждать, что либерализм не есть самое настоящее насилие. Просто оружие у него новейшее - вот и вся разница.
 Ещё один из видов его суперсовременного орудия – рейтинги.
  Рейтинги – порождение либерализма. Они логично вытекают из опоры на общественное мнение, на всеобщность, на демократию. Если так думает большинство, значит, правильным путем идете, товарищи! Даже слово появилось – "мейнстрим". Это популярные, массовые тенденции в искусстве для контраста с немассовым и традиционным.
 Самое первое предложение, сделанное родоначальником либеральной свободы Адаму и Еве, было, между прочим, "приятно для глаз и вожделенно" (Быт. 3:6). Не чеснок какой-нибудь, не редька, а весьма рейтинговое яблоко! Красивое, румяное, возбуждающее желание. Поэтому рейтинги – старее, чем человеческие цивилизации. Вот только автор у них – незавидный…
Почему всех дороже картины именно Пикассо? Рейтинги. Почему наши туристы в Барселоне в первую очередь хотят посмотреть музей Дали, одного из наиболее не светоносных, грязных, аморальных художников? Да потому, что Дали раскрученный художник. Большинство людей ничего не понимают в живописи, зато понимают в рейтинге.
  Для всего моря грязи и разврата на ТВ у авторов одно оправдание – рейтинги.
  Новостная конкуренция заставляет телевизионщиков охотиться только за скандалами, трагедиями, извращениями, убийствами. Остальное - игнорировать. Только вздыхают: не мы такие, рейтинги заставляют.
 Мне привелось в нашем городке открывать так называемый "Безплатный магазинъ" - комнату, где мы принимаем ненужные вещи и затем раздаем их бесплатно нуждающимся. Интересная идея, легко осуществимая и приносящая огромную пользу. Пришло местное телевидение. У директора я попросил пригласить и областное, чтобы во всей области увидели и повторили наш опыт. Директор печально поведала: "Бесполезно, они приезжают только на криминал". Скажите, разве это не насилие над зрителями? Кто дал им такое право лишать жителей области возможности узнавать полезный положительный опыт соседей? Разве не для этой цели создавалось ТВ? Тогда для чего? Чтобы делать деньги на рекламе благодаря рейтингам? А как же люди?
 Другой случай. По Нижегородскому ТВ показали небольшой сюжет: в одном из районов области появился очередной чудак, который организовал свою собственную секту. В ней три человека. Одну из сектанток он сделал своей второй женой. Теперь думает ее дочь взять третьей женой. Прихожу на следующий день в техникум, мне студентки сходу выпалили: "А у нас многоженство разрешили!" Пол-урока объяснял, что это не так. Приходит другая группа, и первый вопрос: "А что, у нас многоженство разрешили?" Снова потратил время на разъяснение сей лжи. И так весь день...
Так что же делает СМИ: отражает события или формирует новое сознание? При теоцентричном подходе никто не сомневался, что общественное слово порождает дело, определяет поведение, формирует сознание. При либеральном подходе всем писателям, педагогам, журналистам внушили, что они лишь отражают, но никак не формируют сознание. Они и рады стараться.
 Главное орудие формирования либерального сознания – средства массовой информации. Сам либерализм появляется только параллельно с созданием СМИ. Как росточек - во времена издания журналов (ХIХ век), и широким фронтом - с появлением газет (с 1905). Все-таки замечательно сказала мудрая Екатерина о книге Радищева: "Бунтовщик хуже Пугачева". В России двух последних столетий писатели были известнее профессоров, книги заменяли школы, а толстые журналы - университеты. С появлением телевидения и интернета либерализм растекся широкой рекой.
 Послушаем Розанова: «Новиков и Радищев говорили правду. Однако если бы эта "правда" расползлась в сотнях тысяч листков до Пензы, до Тамбова, Тулы, то пензенцы и туляки не имели бы духа отразить Наполеона. Вероятнее, они призвали бы способных иностранцев завоевать Россию, как собирался позвать их Смердяков и как призывал их к этому идейно "Современник"… Вольно же было Гуттенбергу изобретать свою машинку. С тех пор и началось "стеснение свободы мысли", которая на самом деле состоит в "не хотим слушать"».
 Как Ленин сначала захватил телеграф, вокзалы, банки, понимая, что без них он не получит власти, так и либералы в наше время захватывают СМИ, понимая, что теперь это не "четвертая власть", а главное условие либерального владычества. Поэтому справиться с либеральной идеологией можно только при условии контроля за СМИ. Даже Розанов сто лет назад это предчувствовал: «Загаженность литературы, её оголтело-радикальный характер, её кабак отрицания и проклятия – это в России такой ужас, не победив который нечего думать о школах, о лечении больных и кормлении голодных. Душа погибает: чего же тут тело?». Он трезво смотрел на либерализм: «В либерализме есть некоторые удобства. Школ будет много. И в либеральной школе моего сына не выпорют. Захвораю: позову просвещенного доктора. Либерал красивее издаст "Войну и мир". Но либерал никогда не напишет "Войны и мира": и здесь его граница. Либерал "к услугам", но не душа. Душа – именно не либерал, а энтузиазм, вера. Душа – безумие, огонь. Душа – воин, а ходит пусть он в "сапогах", сшитых либералом. Либерализм мы должны придерживать рукою. Как носовой платок. Платок, конечно, нужен, но кто же на него "Богу молится"? Я бы, например, закрыл все газеты… Воля и свобода – пожалуйста, без газет». Вот такие мысли сто лет назад...
  Есть и на Западе люди, которые это хорошо понимают. Французский философ С.Московичи прекрасно осознает суть западной цивилизации: "Они простирают свои ответвления повсюду, где люди собираются, встречаются и работают. Они проникают в закоулки каждого дома, чтобы запереть людей в клетку заданных сверху образов и внушить им общую для всех картину действительности. Западный деспотизм предполагает захват орудий влияния или внушения, каковыми являются школа, пресса, радио и т.п... Внешнее подчинение уступает место внутреннему подчинению масс, видимое господство подменяется духовным, незримым господством, от которого невозможно защититься".
  Заметим, от физического насилия большевиков миллионы смогли защититься, уехав в дальние страны. А куда уедешь от Оскаров, Евровидения, Макдональдсов, рекламы, рэпа, секса, интернета?
 Снова наблюдательный Розанов: «Ведь в средних веках не писали для публики, потому что не издавали. И средневековая литература была прекрасна, сильна, трогательна и глубоко плодоносна в своей невидности. Новая литература погибла в своей излишней видности…». Теперь эта "видность" на весь мир, и скрыться от нее почти невозможно. Оружие массового поражения сознания достигнет вас всюду. Это вам не наивный Сталин и не безумный Гитлер. Даже мусульманские страны, традиционно обособленные и стойкие по отношению к внешнему влиянию, падают под натиском этого современного оружия.
 Но либералам всё мало и мало...
 Amnesty International в докладе о состоянии прав человека в мире отмечает, что в России, оказывается, с правами все хуже и хуже. (Хорошо, что это не слышат в нашей сельской глубинке). Цитируем: "Свобода выражения мнений и мирных собраний по-прежнему сурово ограничивалась. Власти имели преобладающее влияние на СМИ и расширяли свой контроль над интернетом. Роскомнадзор блокировал доступ к тысячам сайтов, на которых содержалась "политическая сатира, религиозные тексты, материалы, которыми обменивались активисты — лесбиянки, геи, бисексуалы, трансгендеры и интерсексы (ЛГБТИ), а также информация о публичных протестах... Свобода СМИ по-прежнему сурово ограничивалась и в силу самоцензуры". Термин-то какой придумали! Раньше всё царскую и советскую цензуру ругали, теперь уже самоцензура им не нравится. Напоминает высказывание Гитлера: "Я освобождаю вас от химеры, именуемой совестью". Что ж, о сближении либерализма и фашизма писал еще С.Л. Франк. Сегодня эту связь не видит только слепой.
 Интернет (всемирная информационная сеть!) – желанное дитя либерального проекта и необходим для его полного взросления, как воздух.
 ТВ устарело – ведь там почти нет обратной связи. А она необходима для создания иллюзии самостоятельного выбора и полной свободы. Действия в интернете создают иллюзию активной жизни, что и надо либерализму. Виртуальная реальность - огромная возможность реализовать себя без реальности. Вот такой каламбур жизни.
 Обитатель виртуального мира – уже не "зритель" и не "читатель": он всегда участник. Он кликает, лайкает, репостит, у кого комменты и статусы выделяются ну абсолютно свободно. Вот уж где массовое сознание стало осязаемой реальностью. Войдите в объятия всемирной паутины, и вы почувствуете дух времени. Вернее, его "чугунное" дыхание. Ту самую "духовность", которой добивались либералы, - низменную, темную, падшую, мусорную, бесовскую...
 Здесь легко белое назвать черным. Встречаю в интернете заголовок "Правда об алкоголе". Решил заглянуть, узнать правду. Что узнаю? Оказывается, алкоголь - наиполезнейшая вещь и для здоровья, и для работы, и для самочувствия. Ну просто панацея от всех проблем! Естественно, в умеренных количествах.
 И начинаешь понимать: всюду пиар, законы рынка, где за сокрытие истины платят хорошие деньги.
 Раньше была одна "Правда" - орган коммунистической партии Советского Союза. И мы знали, что от них ждать и как к этому относиться. А теперь нет диктатуры пролетариата, все свободны говорить и писать, что думают. Создается впечатление: теперь узнаем правду, никто нас не обманывает, тоталитарного монстра нет. А он тут как тут. Увы, в еще больших размерах…
 Чем отличалась советская пропаганда? Она строилась на цензуре, на молчании, факты просто скрывали. Либеральная не замалчивает ничего, все открыто, но так спокойно и уверенно называет белое черным, что читатель не может этому не верить. Ведь о красоте нового платья короля говорят абсолютно все, да еще какие люди! А писк какого-то ребенка - не в счёт.
 Советские не давали информацию людям, т.к. видели в них умных, а либералы так цинично всё переворачивают, потому что принимают большинство за людей второго сорта, за "человеческий капитал", которого надо кормить духовными отбросами, чтобы он не стал из "капитала" личностью.
С кем должен воевать человек? Прежде всего с самим собой! Со своей греховной натурой, через которую темная сила пытается соблазнить человека, сбить его с пути истинного и в результате ввергнуть в темницу ада его бессмертную душу.
 "Знай себя, и будет с тебя". "Спасись сам, и за тобой спасутся тысячи". "Здесь дьявол с Богом борется, и поле битвы – сердца людей". Вот выработанные формулы религиозной эпохи.
 В гуманистическую эру человека стали призывать биться уже с обществом, Церковью и государством за свое личное достоинство.
 В либеральные времена всю свою энергию человек бросил на виртуальные битвы с любыми проявлениями отхода от "общечеловеческого". Иллюзия "тесного кружка единомышленников" в интернете, создаваемая постоянными взаимными комментами, лайками и перепостами, пробуждает стадные инстинкты в самой высшей их форме. Страшно отбиться от стада. Страшно оказаться не таким, как все, вызвать у "своих" неприятие и отчуждение. А всем стадом негодовать и клеймить, плевать в сторону "белых ворон" и топтать отщепенцев – напротив, очень приятно.
  И не случайно одна из любимых тем для обсуждений и коллективных "товарищеских судов" – то, что какой-нибудь отщепенец в Сети не возмущается, не жалеет и не скорбит там, где все возмущаются, жалеют и скорбят. В коммунистические времена всеобщего осуждения "отщепенцев" требовал лишь партком, а все остальные помалкивали, а сейчас требуют якобы "все", и это создает иллюзию "истинности". На что и попались миллионы.
 Роман Оруэлла "1984" безнадежно устарел и пророчеством не явился – это не Достоевский. Заставить человека с помощью силы, страха и контроля подчиняться общей системе давно ушло в прошлое и опасности для будущего человечества не представляет. Самое страшное и, увы, оказавшееся реальным – ДОБРОВОЛЬНОЕ подчинение человека общечеловеческой системе лжеценностей.
 Если в первую - религиозную - эпоху человек чувствовал удовлетворение и счастье от согласования своей жизни с замыслом Творца, в гуманистическую – от реализации себя в обществе, то человек интернета может успокоиться только от осознания себя каплей общего океана (о чем писал еще Л.Толстой). Система лайков и репостов в социальных сетях играет на тайном страхе и страсти каждого – беспокойстве о том, как оценивают тебя окружающие. Если учесть, что одновременно главной ценностью объявлена реализация своей индивидуальности в обществе, то приманка оказывается на крючке.
 Эту главу о либерализме можно поместить в интернете, но она никогда и ни за что не может стать "лайковой".
 Блогеры - это современные солдаты либерального империализма, современные "коммунисты" в тоталитарном обществе потребления и тщеславия.
 Такого универсального оружия не было в предыдущие эпохи, все гражданские войны меркнут перед ним. Тысячи аргументов в сутки вбрасывают журналисты-блогеры в души граждан. День и ночь идет беспрерывная атака на мозги, переворачивая все традиционные ценности с ног на голову.
 Вновь и вновь вспомним слова Смердякова Ивану Карамазову: "Ты – главный убивец!" Сегодняшние смердяковы - пользователи интернета – не смогут даже этой правды высказать своему соблазнителю: степень порабощения увеличилась на порядок.
 Предшественник интернета - кинематограф - уже был важнейшим инструментом управления сознанием. Еще Л.Троцкий заметил: литература и кинематограф – самые сильные формы внушения.
 Когда Эльдар Рязанов решил снять совместно с Италией фильм "Невероятные приключения итальянцев в России", то ему итальянцы поставили условия, чтобы в фильме обязательно присутствовали матрешки, львы, белые ночи, разводные мосты, Казанский собор, ТУ-144… Рязанов весьма удивился подходу к искусству, но условия выполнил.
 Сейчас принцип остался, хотя набор значительно поменялся: обнаженное тело, извращения, мат, кровь, туалет… Да, да, обратите внимание, в каждом втором фильме есть сцена в туалете. Кажется, уж он-то зачем? А чтобы сравнять "проклятые вопросы" классиков с остальными вопросами жизни. Толерантность - так толерантность до унитаза.
 Голливуд, понимают люди внимательные, - это не мир искусства, а современный инструмент пропаганды, информационно-психологической войны, программирования, формирования стандартов для всего мира. Фильмы замечательно справляются с задачей создания моделей поведения. "Голливуд сделал больше, чем все церкви и все школы", - признается Хайнберг.
 Голливудские фильмы - это не тоска по утраченному Раю, каковым всегда было искусство, не жизневедение, как было в СССР, и даже не развлечение, как нам кажется. Они программируют население всего мира на определенную модель мышления и поведения. А развлекательность и зрелищность нужна, чтобы в этой красивой и яркой обертке лучше было подавать свой мировоззренческий яд.
  Возьмите классику либерального кино - "Пролетая над гнездом кукушки". Конечно, фильм о свободе. Несвобода (в том числе и коммунистическая) ассоциируется в фильме с психбольницей и живописуется в ярких красках. Герой зовет к свободе, и все откликаются на его призыв. Но давайте посмотрим, что же олицетворяет там свободу? Сигареты (об этом немало в фильме), карты (герой не расстается весь фильм с колодой карт), рыбалка, бейсбол (все-таки Америка!), порно, вино…. Ну и конечно, секс, много разговоров о сексе, весь фильм и его кульминация пронизаны этой темой. Псих почувствовал себя полноценным человеком - правильно, только после грехопадения с женщиной легкого поведения. Психи тоже стремятся к счастью – хорошая мысль. Вот только самая высшая точка его – секс. Для всех и всегда. Это стало символом свободы. Удивляюсь, как американцы еще не "раздели" свою знаменитую статую свободы для полноты её, этой самой свободы. Впрочем, ещё не вечер…
  Кажется, вся свобода у американцев опустилась ниже пояса и там осталась.
 В советские времена наши режиссеры даже при тоталитарном режиме критиковали существующую систему, размышляли над ее несовершенствами, искали ее слабые места, умудрялись при цензуре говорить об этом "эзоповым языком". В современном американском кино вы не найдете ни одного фильма (ни одного!), который бы пытался глубоко и серьезно проанализировать его собственную - либеральную - систему.
 В фильме "Ребенок Розмари" (1968) появляется главный хозяин мира и главный герой кинематографа – антихрист. Но его появление никак не связано с грехом. Это просто внешняя сила, приходящая в мир, - сам мир здесь ни при чем. Мы - американцы, наша система не может быть плохой, несовершенной и греховной, - говорит голливудский кинематограф, - мы хорошие. Мир развалит внешний враг (вроде СССР или Православия). И все дальнейшие фильмы Голливуда будут строиться только по этой схеме.
 "Звездные войны": спасение – в овладении знанием.
 "Властелин колец" - добро и зло познается с помощью магии. Нравственное начало – не определяющее. Зло – внешняя сила. Борьбы внутри человека не существует.
 "Матрица": человек - "раб", но машин, а не греха! Виртуальность зашкаливает.
 Вспомним русскую классику. Разве Татьяна Ларина воевала с Онегиным, а Максим Максимыч с Печориным? Разве братья Карамазовы друг с другом враждовали? Разве Раскольников убил старуху как злую силу, мешающую жить? "Не старуху я убил, - признается герой, - а себя убил!" Он внутри себя искал соотношение добра и зла, ставил эксперимент на сердце своем, есть там присутствие золота или оно "чугунное"? Сделал попытку выкорчевать из души золото, но не смог, оно – неизбывно.
  Почему же все американские фильмы поменяли этот принцип на противоположный: грех не внутри нас, а вне нас? Да чтобы доказать, что падшая природа человека есть норма. А главный враг – не в вас, а рядом с вами и связан с ограничением вашей свободы. Это – Церковь, христианство, государство, традиции...
 И вот уже демократическое общество объявляет Бога виновником всех общественных структур прошлого, настойчиво выставляет отношения Бога и человека как отношения "господина" и раба. Ведь Господь дал свободу для чего-то, а любовь к кому-то. Отделенные от своего предназначения, эти понятия теряют смысл. Либеральное мировоззрение упорно абсолютизирует их, оторвав от своего источника - Бога.
 Свобода – главный лозунг либерализма, liberalis  (лат.) и переводится – "свободный". Свобода – то, что отличает нас от животного мира. Она принадлежит к миру духовному, это есть свойство образа Божия. А мир духовный отличается от материального наличием добра и зла. Вот здесь-то и необходима свобода, чтобы между злом и добром человек сознательно и свободно выбрал добро. Всё человеческое бытие, говорит Н.А. Нарочницкая, существует в этом треугольнике: свобода, добро и зло.
 "А поле битвы – сердца людей".
 Либерализм переносит битву на иное поле. Теперь это поле – несвободный мир с его Церковью, традициями, государством, цензурой, заповедями... Абсолютно свободное сердце человека, не нуждающееся в очищении и покаянии, борется за свою свободу на земле против "несвободы" Истины, за своё место под солнцем. Читаем в Википедии: "Согласно либерализму, государственная власть существует только для работы во благо граждан". То есть власть не должна защищать Истину, она должна работать для граждан, пусть они верят хоть в сатанизм, хоть в нацизм, хоть в наркожизнь... Понятие свободы полностью оторвано от понятия Истины. Хотя Господь говорит предельно ясно: "Познайте истину, и истина сделает вас свободными" (Ин. 8:32).
 Кратко говоря, либерализм борется против Истины как Абсолюта.
 Он провозглашает не свободу в выборе добра над злом, а свободу от самого деления на добро и зло. В словаре так и читаем: "Либерализм отверг роль религии как единственного источника истины". Весьма откровенно...
 Свобода – то, что ставит нас выше животного. В либерализме получается – то, что низводит нас ниже животного. Ни одно животное не спаривается сколько хочет и когда хочет, у всех есть норма, ограничение и длительное – иногда до года - воздержание. Никакой полной свободы - ни у кого и никогда! Но либерализм смеется над такой несвободой и предлагает разрушить все тоталитарные, фанатичные, устаревшие ограничения, дав полную свободу чувств и желаний. И так во всем.
 Подобное понимание свободы приводит нас не просто к скотскому состоянию, это полбеды, но к сатанизму. Как?
 Мы уже отмечали, что свет имеет источник, а тьма – не имеет. Тьма – отсутствие света. Точно так же и зло есть отсутствие добра. Ад – место без Бога, без источника Света. Либерализм, упорно не желая видеть и признавать Абсолютный источник Света, уводит нас в место, где Его нет. Получается, в ад.
 "Высшей ценностью, - читаем в словаре, - либерализм провозглашает права и свободы человека". Так и записано – "высшей ценностью"! Света - нет. Тупик.
  Всеобщую декларацию прав человека приняли в ООН в 1948 г. Интересно, что сначала хотели определить права как необходимость иметь достаточно еды, иметь крышу над головой и возможность работать. Но затем американцы переломили ситуацию и взяли за основу Декларации США и Французской безбожной революции. Так появился мощнейший институт идеологического давления на весь мир.
 Увы, права человека – самое мощное оружие массового поражения!
 Странно звучит? Что ж, попробуем разобраться…
 Сначала заговорили о праве не быть образом Божиим, а быть просто человеком. Эти права назвали естественными правами человека.  Затем мужчина заявил о праве не создавать семью, а жить по своим чувствам, прихотям и похотям. Так называемая свобода личной жизни. Женщины в долгу не остались и тоже организовали движение за свои права - феминистическое движение, отказываясь от своего прямого долга быть хранительницей очага и матерью.
 Получив право на свободу от мужчины, от семьи, они пошли дальше, стали добиваться свободы от детей - права делать аборты.
 Человек в христианской (и в других религиях) традиции имел смирение перед Высшей волей. Родился мужчиной – работай. Родилась женщиной – рожай. Стал богатым – делись, пришел в бедность – терпи. Если ты ребенок – слушайся, если старик – делись опытом. Если врач – лечи больных даже ночью, если учитель – отдай свое сердце бескорыстно детям. И т.п. Это твой долг (а не право!) перед Творцом. Церковь учила незыблемости этих объективных законов. На них держалась жизнь.
 Права человека всё это разрушили.
 А на Каирской Международной конференции 1994 г. сделали еще одно "гениальное" открытие: права человека могут регулировать население планеты, что раньше делали войны.  
 Официально это звучит гуманно: "Каирская конференция ознаменовала смещение курса политики в области народонаселения с управления численностью населения на права человека и возможности свободного выбора. Было признано, что если потребности населения в охране репродуктивного здоровья и планировании семьи будут удовлетворены, стабилизация населения произойдет сама собой, без всякого контроля и принуждения со стороны государства. Страны мира взяли на себя обязательства сделать все возможное для удовлетворения этих потребностей, так чтобы все супружеские пары могли свободно и ответственно решать вопрос о числе своих детей".
 "Репродуктивное здоровье" определяется Каиром как "состояние полного социального благополучия, а не просто отсутствие болезней. Люди вольны принимать решение о том, рожать или нет. "Право мужчин и женщин быть информированными и иметь доступ к безопасным, эффективным, доступным и приемлемым методам планирования семьи" (пункт 7.2).
  В сознание людей внедряется мысль, что они не обязательства имеют перед Творцом, перед жизнью, традициями, предками, историей, нацией, культурой, а достойны большего "социального благополучия". Достигается оно убийством лишних людей – правда, не на войне с пушками и самолетами, как раньше, а цивилизованным убийством – до рождения. Гениальный ход!
  Раньше: настал период выходить замуж и рожать детей – женщина послушно это делала. Теперь эту систему разрушила маленькая "мышка" - права человека. Зачем жить с человеком, если ты его не любишь? Ты имеешь право. Зачем рожать, если нет полного благополучия? Даешь право убирать с дороги жизни неугодных детей! А кто же не хочет благополучия, когда вокруг только об этом и говорят?
  Гуманисту Раскольникову даже в голову не приходило убивать детей. Он боролся за право пролить кровь ненужной древней старушки, мешавшей жить. Либералы это право расширили – и весьма широко.
 Как это внедряется? Без демократических выборов и свободы слова эти планы не осуществить. Тогда они были объявлены "общечеловеческими ценностями" и стали насаждаться во всем мире.
 На смену христианскому миропониманию приходит антихристианское. Христианское – это жизнь как несение Креста ради любви к ближнему. Любовь выше моего собственного комфорта, и я жертвую комфортом ради любви. Новое демократическое миропонимание – в центре права, благополучие, успешность (кстати, главное слово в нашем образовательном государственном стандарте!) Что такое успешность? Это – "Боливар двоих не вынесет!" Главное – реализуй себя, т.е. создай все условия для успешной жизни в свое удовольствие. Для этого приходится бороться с религиозными нормами.
  Как только внедрили принцип прав, эти права запросили все – гомосексуалисты, наркоманы, сектанты, сатанисты… После получения прав мужчин и женщин дали права старикам – на эвтаназию. Осталось последнее - дать права ребенку. Если ребенок получит равные со взрослыми права, самоуничтожение нации уже не остановить... Чем сегодня так активно и занимаются ювенальные лобби.
  Ребенок изначально так устроен: он не может не слушаться. Как в природе: птенец сидит в гнезде до определенного времени – далее улетает. Выталкивать его из гнезда раньше времени – убивать! Нарушение закона – смерть. Дайте право животным не жить по законам – это приведет к смерти!
  Родительская опека, авторитет – вещь обязательная! Разрушение этого – смерть.
  И вот на наших глазах начинается разрушение последнего института послушания и смирения в государстве – послушания детей. Без этого невозможна будет передача традиций, т.е. норм послушания объективным правилам.
 Учитель – это не человек с журналом и указкой, а тот, кого так воспринимают. Если вошел, а все смеются – он не учитель, несмотря на журнал. "Короля играет свита", - знали наши предки. Родители – не биологические производители, а те, кого слушают, кому доверяют, кто является до взросления авторитетом, кто охраняет от окружающих соблазнов и передает опыт существования в этом мире.
 Уничтожение авторитетов – одна из основных задач либерализма.
 Ну и конечно, в атмосфере доминирования прав над долгом - о нормальном образовании говорить уже не приходится. При таких огромных правах - мотивации к учебе нет и быть не может. Я же не приношу им нового удовольствия на уроках. В результате учитель становится – помехой.
 В западных школах недаром учебу подменили играми. И учителя уже не имеют возможности реально влиять на учебный процесс, потому что в сознании ребенка разрушен принцип авторитета.
 В проекте "Детство-2030" произошла информационная утечка, и либералы неосторожно озвучили свои истинные планы: "смена идеологии и парадигмы в обществе", ибо "пришло время сменить приоритеты, изменить устаревшие позиции", упразднение "устаревшей" традиционной семьи, замена её множественными формами сожительства; основная цель воспитания - "личная успешность", ради которой можно пойти на всё и пожертвовать всем; отказ от всех принципиальных установок "устаревшего" мира взрослых, включая патриотизм, семейные ценности, национальное и религиозное своеобразие, национальную культуру, традиционные мораль и нравственность и т.п.
 Что получаем? Свобода от родителей – детдом. Свобода от цензуры – мат. Свобода от государства – оранжевые революции. Свобода от религии – магия, оккультизм и сатанизм. Свобода от Истины – либерализм. Свобода от жизни - смерть.
  Свобода слова – когда молитва и матерщина уравниваются в правах.
 Свобода выбора. Профессор, кропотливо годами изучающий историю и философию, и гуляка-пьяница имеют одинаковый голос на выборах.
 Гендерная свобода - человек свободно выбирает… свой пол! Свобода выбирать невыбираемое. Насмешка над Истиной и реальностью. Свобода уравнивать правду и ложь.
 После Французской революции придумали еще одну свободу - свободу совести, когда Православие и сатанизм выравниваются в правах. "Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести" (В.О. Ключевский). Именно её так сильно добивались в 1905 году. Добившись, легко совершили революцию.
 "Нельзя раскалывать общество, - рассуждает апологет либерализма Сванидзе, - на людей высшего сорта (иудеев, православных христиан, мусульман, буддистов) и – худшего сорта (неверующие, неправославные христиане, представители других конфессий)". Сатанисты вслух не озвучиваются, но подразумеваются. Да и куда от них денешься: при таком подходе они и сами потребуют равных прав.
 Вот вам факт. В конце 2015 на ступеньках капитолии в Ленсинге (штат Мичиган) сатанисты провели акцию за признание их прав. "Мы против угнетения, - вещала с кафедры сатанистка. - Долго нас притесняли за убеждения. Где же ваша религиозная свобода? Если религия будет руководить в тех сферах, которые традиционно отдавались в ведение светской демократии, мы тоже донесем сатанинское учение во власть, в школы, учреждения. Мы защищаем свободу и гражданские права. Главное – сходство характеров, а не религиозные взгляды. Почему представителей одних религиозных взглядов допускают во власть, а других – нет? Это дискриминация! Пора положить конец репрессивным традициям.
 Мы – за свободу и равенство всех. Мы выступаем за справедливость. Мы отстаиваем моральную, духовную свободу".
 Логика железная. И никто её оспорить не сможет при свободе совести и правах человека. Придется признать права сатанистов – чего либерализм в итоге и добивается.
 Стоит принять принцип справедливости и равенства всех убеждений, как тут же придется отказаться от Истины! Этого требует элементарная логика. Равенство уничтожает Правду, справедливость убивает Истину. Как? Просто. Этим принципом обязательно воспользуются многочисленные группы, вплоть до самых экзотических, анархистских, деструктивных, экстремистских, радикальных – несть им числа. Следующим шагом любое государство вынуждено будет поставить заслон. И вот тут начинается самое интересное: законодательный заслон… для Истины.
 Что у нас в России и произошло. Секты стали проникать в школы, детсады, клубы, спортивные, оздоровительные и другие организации. Тогда приняли решение не пускать никого – ни священников, ни сектантов. Ни лжи, ни правды - что же тогда? Отсутствие критериев. А при таком подходе ложь выдать за истину - легче легкого.
 Сами того не желая, законодатели просто вынуждены были поставить в законодательной сфере на одну доску основу русской культуры Православие и разрушителей культуры сатанистов. Вместе с водой всяких авантюристов закон выплескивает и ребенка Истины. Что, впрочем, и надо было тем, кто добивался якобы "справедливости и равенства". Равенства чего? Лжи!
 Похоже на придуманное либералами двойничество на выборах, когда подбирается кандидат с такой же фамилией и выдвигается только с одной целью – отвлечь избирателей от основного кандидата. Сознательная ложь для уничтожения нужного объекта. Без пулеметов и наганов. Никакого насилия – это вам не коммунисты. Всё красиво, честно и справедливо. Называется – либерализм.
  В феврале 2016 несколько недель законодатели Финикса в США никак не могли решить задачу: как отнестись к требованиям  сатанистов ввести чтение своих "молитв" перед заседанием городского собрания. Пришли к толерантному решению: запретить любые молитвы! Решили вместо традиционной молитвы, как было всегда, начинать заседания минутой тишины. Мэр города объяснял: "Дискриминация конфессий является нарушением присяги, которую мы все принесли на этой кафедре". Логика членов "храма сатаны" вполне в духе свободы и прав человека: "Все свободы должны соблюдаться, в том числе свобода оскорблять". Логично! "Сатана для нас представляет собой вселенскую борьбу с тиранией и самодержавием", – сказал  основатель "храма сатаны" Люсьен Гривс.
 Перед фасадом капитолия штата Оклахома рядом с монументом Десяти заповедей было предложено разместить статую сатаны.
 А во Флориде "храм сатаны" добился от властей размещения в капитолии штата изображения ангела, падающего с неба в огненную пропасть.
  И это только начало…
  Для чего либералы так много говорят о недопустимости идеологии? Чтобы никто не мешал проводить СВОЮ идеологию.
 "Ницшеанская свобода" – называл её Розанов и объяснял: «На улице кто-то заехал мне в рыло и, когда я хотел позвать городового, спьяну закричал: "Презренный, ты не знаешь новой морали, по которой давать ближнему в ухо не только не порочно, но даже добродетельно". Я понимаю, что это так, если я даю. Но когда мне дают?» (Опавшие листья). Прекрасное замечание.
  Когда я в исправительной колонии пытался выступать против вседозволенности и разврата, осужденные мне в ответ говорили: вы не представляете, как это сладко – вино, девочки… На что я предлагал им представить ту же самую ситуацию с их женами и сестрами. В ответ звучало горячее восточное: "Да я его разорву на части!" Вся свобода сразу заканчивалась… Свобода - это когда "ты", но когда "тебя", уже никому не хочется такой свободы!
 Разве насилия надо бояться? Любой нормальный человек выметает из своего дома мусор - обычное дело. А что, разве "Майн кампф", анекдоты, сектантская литература, порнография, гороскопы - не мусор, пусть и духовный? Или в этой области мусора нет, как пытаются нам внушить либеральные идеологи?
 Именно любовь демократов к "мусору", к своим прихотям и похотям заставляет их так ненавидеть любое проявление жесткой воли, авторитета, ограничения, наказания.
 «Только оканчивая жизнь, - пишет Розанов, - видишь, что вся твоя жизнь была поучением, в котором ты был невнимательным учеником. Так я стою перед своим невыученным уроком. И рад был, чтобы кто-нибудь "наказал", "оставил без обеда". Но никто не накажет. Ты – вообще никому не нужен» (Опавшие листья).
  Интересно, что мудрый Розанов сравнивает наказание с любовью, а в свободе видит презрение и равнодушие: "ты никому не нужен". Свобода, оказывается, приводит к равнодушию, одиночеству, ненависти, эгоизму, приводит в тупик...
 Но современные наши законодатели Розанова, увы, не читали...
Либеральная свобода при кажущейся заботе о правах человека на самом деле обнаруживает в себе принцип ненависти.
 Православная веротерпимость означает терпение людей иных убеждений, но не их верований, как того требует толерантность! Мы любим в человеке "золото" и ненавидим в нем "чугун" и налипшую грязь. Разве это не любовь?
 Либерализм, предоставляя полную свободу человеку в выборе грязи, потакая всем заблуждениям, лицемерно говорит о любви, но на деле это самый худший вид ненависти к ближнему.
 Настоящая любовь состоит в том, чтобы вылечить заблуждающихся словом истины, избавить ближнего от его заблуждений, подать утопающему в грехах человеку руку, показать путь, напомнить о "золоте", а не потакать его низким желаниям, не поощрять его блуждания, не оставлять наедине с падшей природой.
  Предоставить свободу – обречь на гибель. Применить усилия по возвышению и освобождению – дать настоящую свободу.
 Отсюда понятна патологическая ненависть либерализма к сильной государственной власти. Она заменена демократическими выборами.
  Политическая выборная система власти строится на либеральном принципе "всеобщее – значит истинное". Систему установки правил жизни загоняют внутрь узкого круга мировосприятия – либерального. И делают зависимым от желания большинства обывателей… при четком контроле над их сознанием. Известный специалист в области управления С.Паркинсон замечает: "Искусство управления сводится к умению направлять по нужному руслу человеческие желания. Те, кто в совершенстве овладели этим искусством, смогут добиться небывалых успехов".
 Получаем ну очень свободные выборы!  Выборы между олигархами, артистами, спортсменами, телезвездами, разоблачителями, популистами… Всеми теми, кто вошел в информационное поле всеобщей известности – любыми способами. Пиару, вы не поверите, у нас уже обучают в университетах!
  Особенно ярко это высвечивается в "передовой" Америке, где выборы происходят между республиканцами и демократами. Заметьте, это – синонимы! Всё происходит внутри одной клетки. Внутри – играйте, сколько хотите, только за грань не высовывайтесь. И еще смеются над непредсказуемой Россией. Но мы ищем Небес, ищем вечности, ищем серьезного и главного. В США кандидаты горячо и убежденно спорят о том, куда тратить бюджетные деньги: республиканцы кричат - на мосты; демократы вопиют – нет, на дороги. Всё, круг замкнулся.
 Власти – менеджеры, от которых ничего существенного не зависит. Любой, кто вращался в либеральной системе власти, подтвердит: ты полностью зависим от системы; система давит, сжимает, ограничивает, заставляет играть по ее правилам, берет в самое настоящее рабство, отторгает и выкидывает неугодных.
  Личная власть правителя теперь переходит к виртуальным вещам – деньги, связи, мнения, гранты, конкурсы, комиссии, рейтинги, авторитеты, общественное мнение… Куда там комитетам Компартии до них! И за всем этим стоят еще более виртуальные - "международные общечеловеческие ценности". Вступишь с ними в противоречие – вся пирамида власти рухнет.
 Представим ситуацию: два фильма представлены на премию - об истинной любви и блуде. Какой победит? Второй. Почему? Все в жюри озабоченные? Нет, конечно, нормальные люди. Но они - жюри! Если вслух скажешь: "А фильм-то голый", - то завтра тебя: в жюри не возьмут, на фестиваль не пригласят, на тусовке забудут, на ТВ проигнорируют, в журнал не поместят, в новостных сводках скромно пропустят... Представили? Это же гибель, смерть, обвал, банкротство! Столько усилий потрачено для достижения - и всё в одночасье потерять из-за одного фильма?! Зачем же тогда достигал, карабкался на эту гору? Нет уж, лучше потрафить всем. Тем более, ответственность коллективная. Так что: "Да здравствует новое платье короля!" Тем более что трейлер фильма стал громким событием, фильм ожидается кассовым. И член жюри - "христианин" - успокаивает себя, что он лишь отражает всеобщность выбора. Но мы должны честно сказать, что на самом деле признанием высокого рейтинга он не констатирует факт согласия зрителей с грехом блуда, а пропагандирует его! Ведь он дал рейтинг – значит закрепил в массовом сознании законность разврата…
 Механизм работает, как швейцарские часы.
 И наконец, главный принцип либерализма – отказ от смысла.
  Ничего он так не боится, как Истины, фундаментальных мировоззренческих знаний, поиска смысла жизни...
 Стоит только появиться желанию жить по своим прихотям и измышлениям, как человек сразу начинает ненавидеть Свет. Евангелие об этом говорит предельно ясно и конкретно: "Всякий, делающий злое, ненавидит свет и не идет к свету, чтобы не обличились дела его, потому что они злы" (Ин. 3:20).  
 Желание всеми силами и средствами спрятать этот Свет, завуалировать его, заболтать, спрятать, поменять смысл слов и понятий, подменить яркой фальшивкой, фальсификацией – постоянная забота либерализма.
 Все умные разговоры в наших телешоу скользят по поверхности, используя негласный запрет на постижение глубины вопросов и проблем. Приглашаются специально такие люди, которые будут говорить много и ярко, но ни о чем.
 В законодательных документах пишутся правильные слова, но "толерантные", т.е. пытающиеся угодить всем, а значит пустые и ни к чему не обязывающие. Главный мировоззренческий лозунг либерализма: "Ребята, давайте жить дружно!" Зачем, с какой целью, каков смысл, по чьим лекалам – об этом умалчивается. Лучшим специалистом в законодательстве, управлении, образовании считается тот, кто научился красиво, современно, научно писать тексты. Главное, чтобы соответствовало новой идеологии толерантности.
  Смоделируем такую ситуацию.
  Ученик в школе принес учительнице биологии доклад о выращивании, например, кактусов. Он пишет о том, как Гитлер любил кактусы, коллекционировал их, обменивал, выращивал. Марья Ивановна удивляется: но почему Гитлер?! Ученик в ответ тоже изумляется: а почему нет? Он действительно любил кактусы. Это же биология.
  Молодая, воспитанная в толерантности учительница пожалуй и согласится с Петей, но наше поколение – никогда. Биология биологией, но есть смысл в этой фигуре – определенный, конкретный, исторический, реальный…
  И так во всем.
 Вхожу в интернет: молодежь обсуждает суперразвратный фильм. Ах, не того актера взяли… Нет, игра не та, не та… Костюмы хорошие, но можно было… Слово "разврат" даже не употребляется никем и никогда из сотен комментариев. Откуда это? Из школы!
 Заглянем в учебники. "Мы читаем художественное произведение не для того, чтобы коллекционировать идеи, а для того чтобы удовлетворить эстетическое чувство, испытать эстетическое наслаждение…" (Коровин).
 "Подлинная и главная ценность любой системы – права человека" (Сахаров, Зинин).
 "В этом духовном мире имеет значение и разное положение топора во время убийства…" (Лыссый).
 В чем смысл стихотворения Пушкина "Здравствуй, племя младое…"? «Сосны, которые видит поэт, увидит и его внук" (Сухих).
 "Система ценностей: дом, дорога к храму, семья, хозяин, древо, хлеб, земля" (Бунеев).
  Все учебники любят процитировать что-нибудь вроде "Чтение – вот лучшее учение". Какая глубокая мысль! Вот ученики и читают Пелевина и Улицкую - учатся. Чему?! Это их личное дело.
  Если бы. Учебники пропагандируют вполне определенную и ясную идеологию – либерализм. Маранцман: "Русская литература звала человека к свободе".  Коровин: "Пушкин считал, что революция в его время невозможна". Сухих: Без демократии история - "тупиковая ветвь", "жизнь в сумерках" и т.п.
  Все учебники объединяет полное игнорирование высших смыслов. Упорно стирается грань между высоким и низким, вечным и временным, целью и средством, добром и злом. Ведь почему смеются над ЕГЭ: шляпа Раскольникова поставлена на один уровень с проклятыми вопросами бытия, и даже затмевает их. Кактус – с Гитлером, туалеты с космосом, сатанизм с Православием...
  Этим самым приносится в жертву замысел самих писателей, потому что великая русская классика потому и великая, что прежде всего озадачивалась смыслами. Низводить классику до обслуживания эстетического вкуса креативного класса – может только человеконенавистнический либерализм.
 Этим ведется борьба против исконного традиционного взгляда русского народа, против его истории, культуры, быта...
 Для того и усердствуют в доказательстве отсутствия Абсолюта, чтобы все уверовали в главный принцип либерализма: человеку всё позволено (лишь бы не мешал другому пользоваться этим же принципом!).
  Неплохо бы нам понять, что именно отсутствие смысла в жизни, высокой цели, Идеала толкает наших учеников на преступления, на принцип: бери от жизни все, ведь если Смысла нет, - значит всё позволено! Получается, кто же толкнул их на такую жизнь? Мы. Школа. Учебники. Программы. Отказ от идеологии, который на деле означает доминирование принципа либерализма - бессмысленности, приводит к разрушению национального нравственного, мировоззренческого кода, исчезновению цивилизации.
 Отказавшись от высших смыслов, культура стала пропагандировать аномалию, порок и преступления. Эта патологическая культура адресована подсознанию, в то время как любая другая культура адресована сознанию и связана с действительной жизнью. Патологическая культура нацелена на то, чтобы избавить человека от давления каких бы то ни было норм и ценностей религиозной морали. Она предполагает отказ человека от постоянного напряжения сил, направленных на самосовершенствование, преображение и движение вверх.
 Если раньше культура помогала спасать, преобразовывать, возвышать, то теперь она унижает, опошляет - убивает.
  Заканчиваются эпохи физических завоеваний народов, теперь все мечтают о завоевании сознанием народов. Это наивные монголо-татары, завоевав территорию, оставляли русским их веру. Католики, уже не столь наивные, так не делали, требуя принять унию. Гитлер пытался совмещать то и другое. Его ошибка в том, что он думал вести пропаганду на завоеванных территориях, т.е. наивно переставил местами бытие и сознание, что его и сгубило. Либералы умнее и дальновиднее Гитлера. Они взялись крепко за обработку массового сознания, не покушаясь на территорию. Правильно, после изменения сознания территорию сами отдадут.
  Весь ХIХ век к этому постепенно шли издатели журналов, писатели и составители новых теорий. Раскольников мечтает, когда человек "внутри себя, по совести, может дать себе разрешение переступить…".
  Понятно и вырвавшееся у «Битлов»: "Мы популярнее, чем Христос". Им кажется, что они так повлияли на изменение образа жизни, психологии, сознания, мировосприятия, что уже заменили собою христианство - навсегда.
  Пока наивные коммунисты в СССР боролись за обладанием средствами производства, на Западе взялись за обладание средствами информации. И опередили нас! В 1991 мы проиграли, даже не заметив этого. "Элита последних коммунистических времен, - пишет Нарочницкая, - стала тяготиться коммунизмом не как инструментом развития собственной страны, а как препятствием для вступления в мировую олигархию". Они с тоской поглядывали на либеральный Запад, и первые бросились участвовать в приватизации и либерализации.
  Черчилль в 1946 заявил: "Мы не можем закрыть глаза на то, что свободы, которые имеют граждане в США, в Британской империи, не существуют в значительном числе стран. В этих странах контроль над простыми людьми навязан сверху до такой степени, что это противоречит всем принципам демократии". "Контроль сверху" ему не понравился, ему нужен "изнутри". Сталин тут же сравнил это с гитлеризмом: "Гитлер объявил, что только люди, говорящие на немецком языке, представляют полноценную нацию. Господин Черчилль утверждает, что только нации, говорящие на английском языке, являются полноценными нациями, призванными вершить судьбы всего мира".
 И началась новая война – за "однополярный мир", мир новых мировоззренческих ценностей.
  В 60-е годы на Западе произошел такой сдвиг в сознании, что его откровенно называли революцией. Сексуальная революция. Битники, рок-н-ролл, хиппи, наркотики, рок-культура… Сатанизм представить без рок-музыки просто невозможно.
  1994 – Каирская конференция.
  1995 – ЮНЕСКО разрабатывает принцип толерантности и принимает Декларацию толерантности, где провозглашается нормой отсутствие всякой нормы.
  2008 – в ООН принята Декларация о сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Пол человека отменяется, закон об этом подписали 80 государств.
  Попытка демонтажа государств и границ. Сербия. Оранжевые революции...
 На экраны хлынули извращенцы всех мастей.
 На пятки наступает право на педофилию, эвтаназию, каннибализм и прочее.
  Нанотохнологии: техническое творчество объединяется с социологическим, биологическим, психологическим, религиозным – пытаются создать нового человека.
  Терроризм, оккультный мистицизм, сектантский тоталитаризм, коррупционный вал, увеличение числа самоубийц и наркоманов, немотивированная жестокость, убийства в школах, полный развал семьи, ювенальные технологии, кризис искусства, рост фашистских настроений и многое подобное - закономерный итог окончания эпохи гуманизма и шествия по миру новой общественно-исторической формации либерализма.
  Сделаем вывод.
 Либерализм – не одна из множества идеологий в многополярном мире. Сама суть либерализма – в приведении массового сознания к единому знаменателю. Он – не экономический, не культурный, не правовой, а религиозный.
  Толерантность – это отказ от догматизма и абсолютизации Истины. Нормой становится отсутствие нормы. Размываются четкие и определенные границы между добром и злом.
  Самое страшное в либерализме – это отрицание: по-богословски – Бога, по-философски – Абсолюта, по-светски – нормы. Отсюда главная угроза – Православие как твердый хранитель Истины. И соответственно русский мир, русская цивилизация, русский народ, который для них слит с Православием воедино. "Либералы ненавидят христианство, - писал Бердяев, - а потому ненавидят и страну, которой быт проникнут христианскими началами, и стараются заменить их началами европейскими". Основная битва – между толерантностью и фундаментализмом. Главный враг - Православие.
 Обработанное сознание либерального обывателя видит главную угрозу насилия, так ненавистного либерализму, в христианстве. "Понимание того, что христианство является чем-то радикальным, прочно укоренилось среди неверующих. 45% атеистов в США согласны с утверждением "христианин - это экстремист". Лишь 14% категорически с этим не согласны", - сообщают западные исследователи. Более 80% опрошенных считают экстремизмом появление в религиозных одеждах в публичных местах, громкую молитву на улице, предписываемые догматами ограничения в еде и т.п.
  И эти цифры будут расти.
 "Демократия не только не освобождает личности и не утверждает ее неотъемлемых прав, но совершенно подавляет личность" (Бердяев). "Либерализм есть отрицание всякого стеснения. Он везде одинаково разлагает нацию, медленно и легально, но верно" (К.Леонтьев).  
  Либерализм – это самый настоящий тоталитарный режим, режим сильнейшего давления и насилия, но инструмент его принципиально отличается от традиционного оружия. Тело человека новых идеологов не интересует, их интересует сознание, над которым они и работают, привлекая для этого весь научный потенциал. Концлагеря  отменяются - концлагерем становится вся страна. Тюрьмы не нужны - сознание крепко запирается в нужных стенах информации и представлений. Куда важнее армий - пресса, интернет, СМИ.
  Действие такого насилия над массовым сознанием можно сравнить с радиацией - ее не видно, но она разрушает не хуже любого оружия. "Диктатура в бархатной перчатке" - назвала ее психолог Т.Шишова.
  Теперь революции у нас – оранжевые, террор – бархатный, информация – массовая. "Я не виновата, они сами пришли!" - знают все в России этот лозунг. Главный аргумент, что сами пришли, а то, что пришли в добровольное рабство, в животное состояние потребителя, в мир пошлости и разврата, - это уже не озвучивается, ведь иерархии ценностей не существует. Главное – сами, поэтому мы здесь якобы ни при чем…
  Когда-то был Архипелаг ГУЛАГ, т.е. система разбросанных островов рабства среди мощного государства – архипелаг. В либерализме уже нет отдельных островов, теперь "континент ГУЛАГ". Никуда от него не спрячешься. Всемирная паутина опутывает всех и вся...
  Ведущие американские социологи П.Лазарсфельд и Р.Мертон писали еще на заре либерализма: "Те, кто контролируют взгляды и убеждения в нашем обществе, прибегают меньше к физическому насилию и больше к массовому внушению. Радиопрограммы и реклама заменяют запугивание и насилие".
  Нарочницкая о демократии в США: "Туда переехали все коммунистические запреты - цензура, тотальный контроль. Люди боятся высказывать свою точку зрения. Знакомые русские, которые давно осели в США, рассказывают, что люди в своих офисах боятся критиковать официальную линию - выходят обсудить это на улицу".
  Но разве свободная пресса не пишет о злоупотреблениях? Пишет. По принципу «Громче всех "Держи вора" кричит сам вор». Телевидение сначала всех утопило в море разврата и крови, а потом корреспонденты новостей этого же канал лицемерно спешат осветить очередной акт абсурда и насилия, обвиняя население в несознательности. Сами создали – сами и осуждают. Осуждают громко и яростно, чтобы их не уличили в соучастии.
  Манипуляция – это скрытое воздействие. Факт её не должен быть заметен объектом. Г.Шиллер писал: "Для достижения успеха манипуляция должна оставаться незаметной. Успех манипуляции гарантирован, когда манипулируемый верит, что все происходящее естественно и неизбежно. Короче говоря, для манипуляции требуется фальшивая действительность, в которой ее присутствие не будет ощущаться". Поэтому сокрытие, утаивание информации, отсеивание её, захват СМИ - обязательный признак манипуляции. Манипуляция общественным сознанием стала технологией, ей обучают, её исследуют, ею пользуются. Целые институты занимаются созданием новой действительности - фальшивой, виртуальной, выгодной...
  Цель-максимум – полное изменение человека, стирание в нем образа Божия, заглушение в нем голоса совести. Сначала сами заявили о том, что нет никаких абсолютных ценностей, а затем лицемерно вздохнули – ах, вы видите, как человек несовершенен, надо его поправить - с помощью научных технологий. Сначала – Дарвин с его биологией, затем Фрейд с его психологией, потом Ницше с его социологией, теперь нано-, информационные и когнитивные технологии помогут нам создать сверхчеловека постгуманизма.
  И закончим мы цитатой из книги С.Н. Булгакова "На пиру богов" (1918):
 «Генерал: Уж очень отвратительна одна эта мысль об окадеченной, "конституционно-демократической" России. Уж лучше большевики! Им за один разгон Учредительного Собрания, этой пошлости всероссийской, памятник бы надо возвести. А вот из мертвой хватки господ кадетов России живою не выбраться бы! …Пусть Россия подпадет лучше временно под иноземное иго, нежели гниет от благополучия кадетской власти, с европейским парламентаризмом. Кадеты и суть главные развратители России, с европейской своей лощеностью.
  Большевизм наш уже потому так народен, что он и знать не хочет этого "правового государства" обезбоженного. Он тоже ведь хочет православного царства, только по социалистическому вероисповеданию. Для нас святая Русь, а для них социалистическое отечество, социалистическая лжетеократия. Вообще на гребне большевизма кое-что живое можно увидеть. Вот и их гонение на Церковь тоже от социалистического благочестия и ревности в вере, и право, лучше безбожной "веротерпимости". …Народ не любит ни свобод, ни "ценностей" этих, он отвечает на это насилиями, бессознательно мстя за то, что у него душу вынули, сокровища его лишили.
 "Правовое государство" - на эту удочку народ наш не подцепишь. Ему нужна личная, конкретная государственность, связанная с его душой. Вот когда освободится эта душа от, революционного дурмана, тогда она изнутри, актом творчества всенародного возродит и утраченную власть, тогда восстановится сама собой и Россия.
 Писатель: Между большевиком и Пушкиным больше таинственной, иррациональной, органической связи, нежели между ним и чаадаевствующими ныне… Большевиком может оказаться и Дмитрий Карамазов, из которого, если покается, выйдет, впоследствии старец Зосима. А из колбасника что выйдет?
 Генерал: Хорошо, что этот народ взял в свои руки социалистическую дубину да и хватил наших Маниловых по безмозглым башкам».
  И это написано в 1918 году! Уже сто лет мы с вами не можем усвоить эти простые истины, эти уроки истории. Кто сегодня так пишет? Кто это цитирует? Где вы в интернете найдете подобное? Кто сегодня обсуждает эти темы? Есть ли хоть тень их отражения в учебниках, даже вузовских?
 Сто лет – цифра. Пора, господа писатели и генералы, догнать своих предков, пора… Почитать умных русских людей, каковых всегда было у нас немало, а не слушать перепевы обывателей, купившихся на красивые обертки жалких подачек из-за океана.  
  И пожалеть их...
  Бедные, бедные люди! Они по-прежнему распинают Бога, забывая, что Он воскрес! Они радуются временной победе права и "справедливости" на Голгофе, не желая видеть, что любовь Божия победит смерть. А раз Христос воскрес, то все их усилия напрасны!
 Миллиарды долларов пущены на пропаганду разврата в России, а целомудрие по-прежнему в чести. Семью разрывают в клочья, а русские люди вновь и вновь возвращаются под ее спасительную сень. Сколько грязи вылито на нас, а многие, отряхнувшись, как гусь из лужи, вновь стремятся к чистоте. Кажется, все министерства куплены, - но на местах люди руководствуются не инструкциями министерства, а собственной совестью. Телевизор раскалился, как пулемет Петьки из фильма "Чапаев", стреляя в наши души, - но всё больше русских людей его просто не включают. Стаи высокооплаченных журналистов рыскают по необозримым просторам России, пытаясь найти соринку в глазу Православной Церкви и простого сельского мученика-труженика, чтобы из нее состряпать бревно в желтой прессе, - но на двунадесятые праздники русский человек упорно открывает двери храмов и склоняет колени пред чистыми образами Пресвятой Богородицы и всех святых...
 Сколько усилий, денег, трудов, грантов, санкций, политического нажима! А тут прибежала маленькая серенькая русская мышка в скромном белом платочке, хвостиком задела это золотое яичко западных миллиардеров, оно упало и разбилось! Не плачь, дедушка мирового правительства, - кудахчет курочка, - снесу я вам яичко не золотое, а простое. Только оно и принесет счастье! Пусть скромно и просто, зато с теплотой и любовью.
  Нет, не потерял простой русский человек веру в то, что всё подчинено Божественной Истине, что Истина есть Господь наш Иисус Христос, что зло торжествует временно и правда в итоге победит, что сохраняется она Духом Святым в Православной Церкви и что врата ада не одолеют её.  
  По всем расчетам нас уже быть не должно. Но мы, как в Брестской крепости, – еще живы. Будет ли когда-нибудь перелом в этой очередной битве за Истину, не знаю…
  Но пока верю – живу...
Н.Лобастов

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить