Гламур и литература

Люди читают то, что соответствует пропагандируемым ценностям общества.

Ну не могут наши школьные учебники и программы быть оторваны от идеологии, которая присутствует сегодня в стране. Ну не может жить ни одно общество без идеологии, хоть ты всю Конституции об этом составил. Без идеологии живет одно существо в этом мире - моя кошка Мурка. А какова идеология - таково и отношение к литературе.

Всегда были ученики, которые под партой, тайно от учителя, читали. В ХIХ веке читали  Белинского, Чернышевского, Щедрина. В советские времена читали то, что вне программы, – Шукшина, Астафьева, Распутина… Поверьте, и сегодня я отбираю у учеников то, что они стараются тайно читать. Но все это - один гламур. Сей гламур читают много и часто, передают друг другу, делятся впечатлением от прочитанного и т.п.

  Почему читают именно это, а не иное, не то, что нам бы хотелось?

  Рыба ищет, где глубже, человек – там, где счастье. В ХIХ веке студенты верили, что идеи социалистов принесут счастье. И читали только их: всем хотелось быстрее этого близкого счастья. В советские времена верили государственной пропаганде, что счастье возможно только в рамках коммунистической морали, а она вся пронизана нравственным совершенствованием.

  Да, коммунизм – это утопия. Но сама цель – все-таки высокая, построение совершенного общества; правда, на грешной земле грешным человеком. Такая цель была связана с нравственной составляющей…. Безнравственный человек царство коммунистическое не наследовал. Люди верили в это и искали этого условия для своего будущего счастья – нравственной чистоты, порядочности, возвышенности, честности… Читали соответствующую литературу.

  Сегодня мои ученицы разглядывают цветные картинки гламура по той простой причине, что они доверяют современной пропаганде в средствах массовой информации, где проповедуется, что счастье их зависит от успешности, богатства, красоты тела, в общем, конкурентноспособности на рынке человеческого капитала.

  С утра до вечера в государстве, где по Конституции нет идеологии, идет массированная пропаганда идеологии гедонизма. Поверьте тому, что я реально вижу: молодые свято верят, что счастье – в получении удовольствий. Мои рассказы о смирении Татьяны Лариной и о целомудрии Наташи Ростовой разбиваются о камень твердой веры в то, что вещают с экранов. Зачем нужны мучительные поиски этих литературных героев, если уже «весь мир в кармане» (сотовый телефон – это и магнитофон, и телевизор, и телефон, и почта). Как замечательно сказал один осужденный, послушав меня пять минут: «Вы что, серьезно хотите конкурировать с телевизором?!» Я вынужден был согласиться, что бодаться теленку с дубом действительно нелегко…

  Чтобы решить проблему такого внимания к гламуру в ущерб классике, надо прежде всего понять, как и когда это произошло?

  Это нам объяснил в художественной форме талантливый М.А. Булгаков. В повести «Собачье сердце» профессор Преображенский отвечает на этот наш вопрос так: «За 15 лет не было ни одного случая – подчеркиваю – ни одного, чтобы из нашего парадного пропала бы хоть одна пара калош. В марте 17-го в один день пропали все калоши. И с тех пор калошная стойка прекратила свое существование».

Прекратили читать классику у нас также «в один день». В 1991-м пропала вся «книжная стойка», весь интерес читать, опустели библиотеки, кинотеатры, перестали издавать огромными тиражами классическую литературу…

  Причина этого одна, как и в марте 1917-го,  – кардинальный пересмотр шкалы ценностей. Если в 17-ом объявили, что всё теперь общее, то надо быть глупым и нерасторопным, чтобы не забрать калоши в соседнем подъезде. А когда в 91-ом объявили, что разрешено всё, что не запрещено, что такая свобода и есть, оказывается, главное условие для счастья, то надо быть неразумным, чтобы после этого читать классику. Почему? Потому что по новой идеологии счастье приносит удаление ноги с педали тормозов в нашей жизненной машине, а классики, наоборот, показывают читателям красоту и целесообразность воздержания, соблюдения заповедей, смирения. Именно там герои находили условия для счастья. Кто же после этого будет читать классику? Она же противоречит новому сознанию – осознанию причины счастья.

 Главный принцип в образовании – успешность. А все положительные герои классики, заметим, – люди неуспешные. Трудно назвать успешными Татьяну Ларину, имеющую любовь к заблудшему основательно Онегину; Машу Миронову, оставшуюся сиротой; Машу Троекурову, выданную замуж за старика; пошедшую на панель Соню Мармеладову.

  Они неуспешные – но счастливые!

В чем же тогда их счастье? В том, что они не выходят за границы заповедей, смиряются перед высшими правилами и несут свой крест.

  Такие же герои, как  Онегин, Печорин, Базаров, Чичиков, став успешными, принесли окружающим лишь слезы, страдания и даже смерть. Наши писатели твердо уверены: счастливыми их не назовешь. Почему? Потому что они вышли за пределы поля абсолютных правил, возомнив себя их создателями, не смогли склонить свою гордую голову перед традиционной верой их предков.

  Вот и читай после этого таких «неправильных классиков» в наше «правильное» время!

  Получается, перед нами только два пути: или классику поменять, привести ее в соответствие с «общечеловеческими ценностями», с Европейской хартией, с решениями Совета Европы и т.д.

 Или придется привести нашу жизнь в соответствие с миропониманием нашего русского народа и лучших его представителей. Правда, при этом пойти наперекор «общечеловеческим ценностям» толерантности и прав человек. Трудный выбор. Не менее трудный, чем был у наших предков на полях боевой славы.

  Мы помним, как еще недавно классика мешала «строителям новой жизни», тянула назад, вступала в противоречие, и они всячески пытались многое в ней замалчивать. То, что мы освободились из плена коммунистических иллюзий, во многом благодаря нашей классике. Эмигранты говорили: «Несколько страниц Пушкина и Достоевского смогли противостоять всей мощи коммунистической пропаганды в СССР». И когда разрешили этих писателей, они сказали: «Ура! Спасена Россия!»

  И сегодня та же ситуация. На Западе уже пересматривают, например, «Хижину дяди Тома» на предмет несоответствия принципам толерантности. Или другие классические книги - на предмет гомофобии. У нас в России или замалчивают позицию классиков, рекомендуя школе говорит лишь о художественных особенностях, или уже заикаются о пересмотре – опять по той же причине неудобства классики для оправдания новых либеральных идей нашей современной жизни. Пришла в несоответствие – «выкинем с корабля современности».

Есть ли выход у нас? Можно ли повернуть процесс вспять, так, чтобы не калоши тащили из подъездов, а начали бы их возвращать, да еще и больше, чем взяли! Бывает ли подобное в нашей реальной жизни, или это утопия, как коммунизм?

 Я приехал к вам, чтобы сказать на это твердо и уверенно: можно! Есть такая «партия»!. Это прежде всего сонм святых во главе с преподобным Серафимом Саровским, так чтимым всем нашим народом. Это Пушкин, Гоголь, Достоевский. Это Хомяков, Аксаков, Киреевский, Франк…. Это сегодня тысячи простых учителей, врачей, крестьян, бескорыстно отдающих свое время, сердце, свою жизнь защите традиционных нравственных рубежей, по слову Патриарха, несмотря на все ветры перемен. Это островки монастырей и приходов.

 Мой собственный многолетний опыт пребывания в церковной общине показывает: даже те, кто в школе не читал книг, теперь, после обретения смысла жизни, хотят глубже понять ее цель, ее развитие, нашу историю, победы и поражения наших предков, - и вновь обращаются к классике. Им интересны «проклятые вопросы» бытия.

  Проблема читаемости – это лишь часть общей проблемы нашего общества. И решить ее невозможно без решения главной проблемы – идеологии, выбора пути России, определения мировосприятия, проблемы авторитетов в истории.

  Но надо честно признаться: в рамках либерального представления о счастье эта проблема не решается. И наоборот. При верном решении проблемы национальной идеологии само собой поднимется и кривая читаемости.

  Падение интереса к чтению – это один из показателей того, что мы свернули с верного пути, оторвались от своего народа, от его традиций, культуры, веры. Собирая материал для своей книги, я с удивлением обнаружил, что позиции современных программ и учебников вступают в явное противоречие:

а) с позицией народа

б) с позицией самих авторов

г) с исторической традицией мировосприятия в нашем государстве.

Взять простой пример – ЕГЭ.

В старом советском фильме «Сельская учительница» государственные мужи снимали шапки перед старой учительницей, а теперь на государственном уровне объявили, что учителя – потенциальные взяточники, т.е. воры! После этого и первоклассник шапки не снимет!

 Говорит ученик: нам на экзамене диктовал компьютер. Я по наивности не понял – почему? Да потому, что учитель может голосом помочь.

 Как после этого сохранить отношения?

 Достоевский в блуднице и убийце находил человека, а мы в учителях – увидели потенциальных преступников.

 Почему мы вступили в такое явное противоречие с взглядами нашего народа и наших классиков? Потому что Достоевский пошел в сторону веры народа, в сторону евангельских истин, а мы сегодня – в противоположную сторону, отсюда такие ляпсусы общероссийского масштаба.

 Взять прогресс. Все учебники основываются на нем. Но ВСЕ философы, мыслители еще 100 лет назад однозначно отказались от этой утопической идеи французских просветителей. Это идея Писарева, Добролюбова, социалистов, террористов. Уже Пушкин от нее отказался, Достоевский поставил жирную точку. А мы учебники на идеях ХVIII века строим. Вот где средневековье, а не в Православии.

  Падение читаемости классики - это сигнал, звонок, что мы уклонились. Классика и создана, чтобы быть неким камертоном для будущих поколений в их метаниях. И надо найти мужество признаться в этом и сообща потихоньку возвращаться к истокам, к почве, к классике, к вере своего народа, давшего миру таких проповедников Истины, красоты, совершенства. Привести в соответствие нашу жизнь с мировосприятием Пушкина, Гоголя, Достоевского…

Президент В.В. Путин на заседании Совета по культуре сказал: «Сегодня многие деятели культуры обеспокоены снижением в современной системе образования, например, гуманитарной составляющей. Полностью разделяю эту озабоченность. Школа, дошкольные учреждения, университеты не просто передают набор знаний и компетенций – они должны воспитывать личность, учить критически самостоятельно мыслить, чётко проводить грань между добром и злом».

Правильные слова. Осталось воплотить их в жизнь….

Н.Лобастов

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить