Петербург

Впечатления от посещения Петербурга.

По приглашению настоятеля Свято-Владимирского собора Санкт-Петербурга отца Владимира Сорокина мне удалось посетить северную столицу с презентацией своей книги о литературе.
  В Петербурге я не был с прошлого века, с 1978 года. В Москве доводилось последнее время бывать часто. И вот приехал на неделю в Петербург.
 Я был уверен, что города эти отличаются лишь названиями. Ведь сегодня, если вы заметили, все наши города, большие и маленькие, нивелировались, всюду одно и то же, словно ты и не переезжал никуда: огромные супермаркеты, навязчивые киоски, рекламные щиты вдоль дорог, баннеры в три этажа, барские дома-дворцы и т.п. Всех больше этим поражает Москва. Ну а наши деревни жилятся ее догнать. И вдруг я точно в другую страну попал: ничего этого в Петербурге нет! Я вначале даже растерялся, не мог поверить в такое чудо.
 Весь старый город состоит из дореволюционных зданий, это просто огромный музей под открытым небом.  На его улицах совершенно нет киосков; на зданиях, что трудно сегодня представить, нет рекламы! Скромные названия магазинов и офисов имеют размеры не больше, чем до революции. Словно ты попал в советское время, когда большой рекламы не было совсем. Даже в метро нет тех щитов на стенах, с которыми уже давно свыклись москвичи. Я уже не говорю о рекламе размером в три этажа. Она, скорее всего, есть в новостройках, но в старом городе ничего этого нет совершенно.
 Словно город "заморозили". Далее. Петербуржцы умудрились не построить ни одного модернистского здания (за редким исключением). Нет ни одного здания выше 5-6 этажей. Похоже, горожане не осмеливаются возводить здания выше своего Ангела-хранителя - Исаакиевского собора. Как когда-то в Москве не разрешалось возводить здания выше колокольни Ивана Великого в Кремле. Но этот завет москвичи давно уже нарушили и даже не вспоминают. Церквушки там потонули среди гордых 20-этажных великанов. А в центре к каждому старинному зданию уже успели прилепить современных "уродов" супер-сверх-пост-модерна. Такова вся Москва без исключения, этой участи не миновал даже Кремль. А вот Петербург смог выстоять.
 Конечно, по причине сохранения дореволюционного облика возникает проблема узких улиц, не рассчитанных на интенсивное автомобильное движение. И все-таки то, что у них называется дорожными пробками, по сравнению с нижегородскими часовыми заторами - просто игрушки. Единственная проблема - парковка, т.к. старинные улицы ну очень узкие.
 Это внешний облик. Но и сами горожане отличаются очень сильно от москвичей, нижегородцев и другой провинции.
 Вот водитель машины - женщина, которая организовывала мою поездку, - стала сдавать назад и чуть не стукнулась с другой машиной, не заметив ее. Водитель просигналил, затем поравнялся с нами, притормозил и, как вы уже поняли, ругался. Но как он ругался! Он просто покачал головой, как маленькому ребенку. Я, наслушавшийся у нас самой отборной брани в подобных ситуациях, не удержался и спросил мою спутницу: у вас все такие? Она удивилась вопросу: а разве можно иначе? И затем все оставшиеся дни я был свидетелем высокой культуры на дорогах, когда кивка головы достаточно, чтобы тебе уступили дорогу. И ни разу не было, чтобы не уступили. Как заметила моя спутница, в Петербурге на дорогах не уважают только блондинок. А блондинок, т.е. горделивых модниц, там не больше, чем медведей в наших лесах. Все скромно, в меру, сдержанно, как всегда было на русском севере.
 Еще интересные моменты. В большие города без паспорта мы давно уже не ездим. Куда ни придешь - первым делом достаешь из широких штанин удостоверение своей собственной личности. В Москве в Доме радио я однажды зазевался в раздевалке и не заметил, как нечаянно со стола женщина забрала мой пропуск. Так мне пришлось идти лично к начальнику, писать длинные бумаги, дарить ему для задабривания свою книгу, чтобы меня из здания выпустили. Не впустили, а выпустили! А в Петербурге я три раза записывался на радио и нигде не только паспорт не показывал, но даже на проходной ничего не объяснял. Где-то на пятый день я паспорт выложил из кармана и забыл о нем.


 Звонит мой "ангел-хранитель" на радио, просит поставить рекламу выступления. Я спрашиваю: это платно? Она отвечает: это в Москве за все платят, а у нас в Петербурге все решают не деньги, а личные связи (не путать с блатом!). В Петербурге если ты себя показал не с лучшей стороны, хоть завали деньгами, с тобою не будут иметь дело. И наоборот, если тебе доверяют, то можешь спрятать паспорт и деньги и забыть о них.  
 В одном храме затронул эту тему с молодым алтарником, который раньше занимался бизнесом в Москве, а потом переехал в Петербург. Он также подчеркивал огромную разницу. В Москве без денег никто ничего не решает, все зависит только от суммы, даже в отношениях с друзьями. В Петербурге все решают твои личные налаженные связи, прежде всего на тебя посмотрят внимательно. И если ты хитришь, отлыниваешь, бросаешь, тебе не помогут никакие деньги.
 Высокую культуру, некую чистоту и наивность петербуржцев я почувствовал и на презентациях книги. Здесь разговор вели строго на уровне понятий, а не эмоций, даже в светских СМИ. Никто не искал подвоха, не хотел зацепить, поймать на слове, перекричать и т.п. Люди хотят спокойно разобраться и понять, любят серьезные, смысловые темы.


 Уже на второй день пребывания, за чаем на радио, я высказал свои впечатления. В романе "Война и мир" Толстой постоянно указывает на принципиальную разницу между Москвой и Петербургом. Петербург для него - город западной культуры, город Курагиных, а Москва - русский город, город хлебосольных и простых Ростовых, как у нас говорили - "большая деревня". Теперь айсберг перевернулся: Москва сегодня - это широкая дверь в Европу, а Петербург - окно в Россию. Эта мысль очень понравилась работникам радио, они попросили озвучить ее в эфир.
 Такая картина Петербурга вселяет надежду. Оказывается, можно при современных соблазнах сохранять русский дух, традиции культуры, сочетать веру и современную жизнь. Недаром последний великий святой в России - праведный Иоанн Кронштадтский - жил в Петербурге. А в храме на праздник Покрова Божией Матери было столько народа, сколько я видел только в Дивееве. Есть еще места в России, с которых может начаться ее возрождение!
В Петербурге я посетил прежде всего православные школы. Таковых там немало. Одна из них - Медицинская православная гимназия.
  Первое, что бросилось в глаза при входе в здание гимназии: иконы и стоящий в коридоре бак для воды, как и полагается в любой школе. Только надпись на нем необычная - "святая вода".
 Петербургская медицинская гимназия - негосударственное учреждение. Обучается в ней около 250 учащихся. В программу включены предметы медицинского цикла. Уже к 9 классу ученики осваивают специальность медсестры. Но главное - это построение всей жизни школы на православных началах. У школы есть духовник - отец Виталий. Он рассказал, что каждый ученик имеет своего духовного отца и ходит в храм по месту своего жительства. А ученики есть не только из города, но из области. В школе свои общие правила, например, каждый четверг служится молебен. Школьный день заканчивается чтением Евангелия. Не говоря уже о том, что за обедом все дружно поют молитвы. Традицией в школе стало начинать учебный год с паломничества. Иногда всей школой ездят в храмы города на праздник.


 Вот и в праздник Покрова Божией Матери школа в полном составе, вместе с директором, учителями, некоторыми родителями посетила Князь-Владимирский собор. Уже до начала службы все двести с лишним учащихся выстроились в очередь на исповедь. Все исповедовались, причастились, а после службы, набившись в тесной трапезной как кильки в бочке, с аппетитом ели пироги и слушали слово наставления настоятеля собора отца Владимира.
 Родительский комитет играет в школе большую роль. Именно на родителей опирается директор, они все вместе продумывают план работы, финансируют некоторые из своих идей, помогают организовывать интересные экскурсии, поездки, встречи... Вот и у организатора моей поездки в Петербург Ф.В. Недбай дочка обучается в этой школе.  
 Директор гимназии Анатолий Анатольевич сетует на то, что в России пошли по пути введения в школы Основ православной культуры - один час в неделю в одном классе, что, конечно же, мало способствует оздоровлению нравственного положения в школе. А вот количество православных школ уменьшается, хотя именно они смогли бы значительно поправить положение. Мой "ангел-хранитель" поведала мне, что у ее дочери в 5 классе начались проблемы с дисциплиной в обычной светской школе, и она перевела дочь в эту гимназию, хотя это было совсем не просто: конкурс в нее до 20 человек на место. Но состояние дочери заметно пришло в норму.
 Когда дети уехали, отец Владимир провел небольшое совещание с педагогами. Он спросил их мнение об итогах преподавания ОПК в школе, ведь прошло уже два года. Все сошлись на мнении, что невоцерковленный человек, узнавший лишь какие-то поверхностные сведения о Церкви, не сможет передать ученикам красоту и значимость для их жизни Православия. Как же найти выход из этого положения? Отец Владимир призвал не ждать решения сверху, что не имеет смысла и порождает лишь формализм и отчетность, а проявлять инициативу снизу. Он заметил, что назрела необходимость объединения учителей, которые сами должны быть заинтересованы в постоянном повышении своего духовного уровня. Такой бескорыстный и искренний интерес приведет к поиску формы, как организовать учебу, встречаться со священниками, прикоснуться к опыту церковной жизни. Но без объединения, без личной заинтересованности никто за нас наши проблемы не решит.
 Далее пошел уже конкретный разговор, в какое время лучше собрать учителей Петербурга, где, в какой мере использовать административный ресурс и т.п.
 Все еще впереди, все не так просто, но, как отметили все учителя, востребованность православного воспитания есть как у родителей, так и у педагогов.
Н.Лобастов

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить